Оранжевая мечта

Лариса Баклага

ОРАНЖЕВАЯ МЕЧТА.
Комедия в 4-х акта с элементами дефиле.

(  Литературная импровизация  по поводу  демократических событий на Украине.
Ноябрь 2004- январь 2005 гг.).

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:

От автора: Три главных персонажа—Алеся, Арнольд и Збышек, в отличие от остальных, на сцене появляются как «цветные», в игре  жёлтого, красного и оранжевого прожекторов. Этим зрительно подчёркивается, что у них  есть образное мышление: пропуск в «жизнь вечную».

АЛЕСЯ ТОЛСТАЯ                     —женщина неопределенного возраста.
Журналист, писатель. Безработная. Заметная:
огненно-рыжий, почти апельсиновый цвет волос.

ЗБИГНЕВ  ЗАПАДНЯ                — знакомый  Толстой. Безработный режиссер.
Заметный: носит оранжевые ( ближе к жёлтому
цвету) ботинки. Похож на Збигнева Бжезинского.

АРНОЛЬД ИВАНОВИЧ
ВОСТОЧКИН                               —губернатор региона. В  прошлом ответственный
работник КПСС. Болезненно реагирует на оранже-
вый цвет, вынужден носить очки с  красными стек-
лами. Похож на Арнольда Шварценеггера.

ЖЕНА ГУБЕРНАТОРА.
ПОМОЩНИК ГУБЕРНАТОРА.

ДМИТРИЙ ЛЮБЕЦКИ              —директор сети частных фирм «ЖЗ».
КОНЧИТА ЛОПЕЗ                       —референт Любецки, его заместитель по идеологии.
ДАША                                              —сотрудница сети «ЖЗ».
1-й,
2-й,
3-й                                                     —сотрудники сети фирм «ЖЗ».
СЕРГЕЙ СЕРГЕЕВИЧ МАКУШКИН—гость из столицы, куратор региона.

А ТАКЖЕ  в эпизодах                   —поляк с дорожными сумками,
две литовки в трикотаже ручной вязки,
парень спортивного телосложения,
два  атлета-бодибилдера, модели для дефиле,
два пенсионера, пьяница, три протестующих
демонстранта.

ПЕРВЫЙ   АКТ.

Кабинет директора сети частных фирм «ЖЗ». Кроме стола директора и традиционных атрибутов управления ( телефонов, переговорных устройств, компьютера)  зритель видит спортивные тренажеры, штанги, гантели, мячи, маты, теннисные ракетки и пр. Это также и действующий тренажерный зал.
В момент поднятия занавеса директор Любецки сидит за письменным столом. Напротив директора—новая сотрудница Алеся Толстая, женщина с огненно-рыжими волосами. Беседа завершается, подчиненная поднимается со стула и последние слова директора слушает стоя. В эту минуту прожектора освещают героиню так, что она «отбрасывает» оранжевую тень. Оранжевая тень—отличительная особенность Алеси, о которой в начале пьесы она не догадывается…

1. Толстая, Любецки.
ЛЮБЕЦКИ: Принимаю на работу. В гардеробе нужна деликатность. Поэтому выбор пал именно на вас. Каждого посетителя встретить приветливой улыбкой! Случайных людей «отсеять»  в фойе. Нажимаете «тревожную» кнопку—появляется охрана. «Железный занавес» — не проходной двор.
ТОЛСТАЯ (учтиво):  Справлюсь. У меня хорошая физическая подготовка.                            (Поднимает вверх обе руки, как при выжимании штанги.) Несколько сот пальто  за смену: «Раздеть тело—одеть тело!». Если совещание, потренируюсь дополнительно, «железки» потаскаю…
ЛЮБЕЦКИ(Раздражённо,  словно ему мешает её невидимая тень): Да не волнуйтесь вы так! Бог ты мой!(Заглядывает в трудовую книжку.) У вас перерыв в трудовом стаже более 10 лет. Почему?
ТОЛСТАЯ: Выходила из коммунистического стереотипа…( Подбирает точные слова.) Понимаете, пе-ре-рыв…(Повторяет  «поднятие штанги».) Большой вес взяла без подготовки. Пере — рыв!  Дома училась писать по-новому. Среди журналистов безработица. Вот я и стала …писателем.
ЛЮБЕЦКИ: Ну и что? Какой в этом смысл?
ТОЛСТАЯ: Да, меня ёще не печатают. Нужны годы, чтобы пробиться на издательский рынок. Так говорят…
ЛЮБЕЦКИ:   До пенсии успеете?  Как  у вас, у женщин, всё сложно! (Обходит Алесю по кругу. Рассматривает со всех сторон, пытается понять, где и что у неё не так. Алеся поворачивается  вслед за ним, но так, чтобы быть к руководителю  лицом. Он же норовит рассмотреть спину. ) Ближе к телу! Простите, ближе к делу. Работа женщины всегда конкретна. Убрала помещение—получи деньги. Помыла посуду—получи деньги. Раздела тело—
ТОЛСТАЯ(Покорно. И после этих  слов оранжевая тень исчезает.): …получи деньги!
ЛЮБЕЦКИ( Неожиданно повеселев):  Что-то в вас есть… загадочное . В гардероб! Пока не передумал!
ТОЛСТАЯ: Слушаюсь!
Толстая покидает кабинет. В дверях сталкивается с сотрудниками, идущими к директору на совещание.

2.Толстая, Кончита, 1-й сотрудник.
1-й СОТРУДНИК: Гардероб опять закрыт. Безобразие.
ТОЛСТАЯ: Господа! Приглашаю вниз, в гардероб. Обслужу быстро.
КОНЧИТА: Да вы что!? Некогда. У нас совещание. Какой гардероб?
Кончита набрасывает на плечи Толстой свою шубейку. Тоже делают и трое мужчин атлетического телосложения ( сотрудники  фирмы).
1-й СОТРУДНИК( Алесе): С такими плечами… Вешалка вы старомодная…в Европе такие плечи уже не носят.
Появляется Макушкин.

3.Толстая, Макушкин.
МАКУШКИН: Алеся? Ты ли это?( Пытается рассмотреть человека под ворохом одежды. Это ему удаётся не сразу.) Толстая, ты или не ты?
ТОЛСТАЯ: Я. Это—я!
МАКУШКИН: Ты здесь? В гардеробе?
ТОЛСТАЯ: Здесь. В гардеробе…( С этими словами покидает кабинет.)
МАКУШКИН(Сокрушаясь.): Как изменилась!

Любецки идет навстречу Макушкину в предчувствии дружеских объятий.  Сотрудники тем временем рассаживаются за совещательным столиком. Любецки и Макушкин обнимаются.
4.Макушкин, Любецки.
МАКУШКИН: Толстая трудится у тебя? ( Осторожно.) Какая умница!
ЛЮБЕЦКИ: Гардеробщицей. По одёжке встречает…С сегодняшнего дня. Сомневаюсь: справится ли? Есть в её истории что-то странное…
МАКУШКИН: …По уму провожает. Гардеробщицу уволить легко!  Надо же как низко пала! Первая в нашем регионе женщина-редактор.  Какой был тираж у газеты! Очереди у киосков! О каких персонах писала!
ЛЮБЕЦКИ: Не «вписалась» в новую жизнь! Не поняла современность!
МАКУШКИН( Вспоминая): Постой, постой. А как же Арнольд?
ЛЮБЕЦКИ: Губернатор? А что губернатор?
МАКУШКИН: Они с Алеськой были очень дружны десять лет тому, во времена распада СССР.( Наклоняется и что-то шепчет Любецки на ухо.)
ЛЮБЕЦКИ( С удивлением): Близкий, доверенный друг Арнольда? Не может быть! Подруга губернатора!
МАКУШКИН: А почему бы и нет? Арнольд тогда был простым номенклатурным работником партии. Пришел к власти благодаря поддержке демократических журналистов…Прессу под себя подмял…( Хихикает.) Развернулся широко, теперь его никто не свернёт. Да, ловкий  мужик, наш губернатор!
ЛЮБЕЦКИ: Ты бы узнал поточнее, что да как .   Раздеть тело—одеть тело… Толстая—дама престижная. А если у Арнольда  чувства оживут? Душа дрогнет? А она в моём гардеробе мужиков раздевает…
МАКУШКИН: …И одевает! Я тебя потому и предупреждаю…А если не оживут? А если не нахлынут? А если она болтлива?
ЛЮБЕЦКИ: Во всем должна быть выгода. Экономическая, так сказать, целесообразность. Придётся и Толстую «просчитать».
Любецки и Макушкин приближаются к столу заседаний.

5.Любецки, Макушкин, Кончита, 1,2,3-й сотрудники.
ЛЮБЕЦКИ:  Позвольте вам представить. Наш новый куратор из столицы—Сергей Сергеевич Макушкин. Прошу любить и жаловать.
Сотрудники почтительно встают, каждый представляется сам. Руководители усаживаются, затем садятся подчиненные. Начинается совещание.
ЛЮБЕЦКИ: Начинаем совещание. (Раздается телефонный звонок. Любецки поднимает трубку, слушает, отвечает в трубку). Миленький ты мой! Как же я позвоню сейчас в Америку? В Штатах ночь.(Обиженно.) Американцы спят. А мы работаем!  Позвони-ка часиков через восемь.  Гуд бай.( Кладет трубку  и поясняет Макушкину.) Расчеты, расчеты.( Затем вновь обращается к сотрудникам.) Господа. Веление времени : больше философии, так сказать,   ума при внедрении программ, тренирующих разум и тело.
МАКУШКИН: Верно. Вначале представить в уме  эту мышцу или весь тренировочный процесс. Нам нужен продвинутый, подчеркиваю: продвинутый тренинг ума и тела. Вначале, господа, мышление, а затем уже мышечная радость.
ЛЮБЕЦКИ( Референту.):А что думает по этому поводу наша обновленная идеология?
КОНЧИТА: «Догоним и перегоним Америку!».
ЛЮБЕЦКИ: Глупость! Бег, конечно, имеет отношение к спорту…У вас в этом костюме красивая фигура, Кончита, но я рекомендую дополнить комплект шляпкой или косынкой.
КОНЧИТА( Игриво): Почему?
ЛЮБЕЦКИ: Эта деталь подскажет : шляпка одета на голову…
Одинокий смех 2-го сотрудника.
КОНЧИТА: Хорошо, Дмитрий. Я подумаю: 3-4 броских лозунга на злобу дня.
МАКУШКИН: А почему на злобу? Доброта, приветливость, гостеприимство,—стиль нашей сети.
ЛЮБЕЦКИ: Согласен. Всем нам нужно проветрить головы от накопившегося  хлама.( Многозначительно поднимает вверх палец.)  Вспомнил! Одна наша сотрудница избавилась от  коммунистических стереотипов!
МАКУШКИН: Кто же эта святая?
Любецки, смеясь, увлекает его из кабинета  к тренажерам. Видно, как Макушкин осторожно садится на большой швейцарский мяч. Раскачиваясь, слушает Любецки и хихикает от удовольствия…

6.Кончита,1, 2 и 3-й сотрудники.
КОНЧИТА: «Уловили» новость о гардеробщице?  Обнималась или все еще обнимается? Вот в чем вопрос.
1-й СОТРУДНИК: Я уловил новость о новом кураторе…Перемены?
2-й СОТРУДНИК: Судя по телу, дама качается на «Скамье для молитвы». И с успехом. Мышечный рельеф хорошо заметен.( Немного подумав.) А такого тренажера у нас нет, следовательно, всей информацией мы не владеем.
КОНЧИТА( Первому сотруднику.): Боб! Ты же говорил, что у нее старомодные плечи?
1-й СОТРУДНИК: Потому и говорил, что  красивые…Красивые плечи в Европе—  редкость.
3-й СОТРУДНИК:  Шеф  всегда смотрит вперед: сегодня гардеробщица, завтра—референт и первый помощник.
КОНЧИТА( Обиженно поджав губы): Ухожу. Если шеф вспомнит обо мне, ответить: ищет броские лозунги.
Кончита уходит. Вслед за ней уходит и 1-й сотрудник.

7. 2-й и 3-й сотрудники.
2-й СОТРУДНИК: Молодец. Хорошо сориентировал Кончи. Ушла, как торпеда. По наводке…Наверное, к Дашке. Сейчас обе займутся важным делом. Новость разойдется быстро…
3-й СОТРУДНИК: А мы тем временем расслабимся…
Сотрудники снимают галстуки и  пиджаки. Расстегивают ремни и пуговицы.       Идут в тренажерный зал. Любецки и Макушкин покидают тренажерный зал, переходят в кабинет, но с подчиненными не встречаются.
8.Любецки, Макушкин.
ЛЮБЕЦКИ: Я тебя сам в гостиницу отвезу…
МАКУШКИН: На новом, шестисотом?
ЛЮБЕЦКИ: Да. Америка—это ….сам понимаешь, Америка…
Покидают кабинет.
З А Н А В ЕС.
ВТОРОЙ   АКТ.

Утро. Фойе гардероба «Железный занавес». Алеся одна. Она поднимает  штору-жалюзи в гардеробе, и это напоминает поднятие театрального занавеса.(Сцена на сцене).На плечиках –спортивная одежда напрокат.
Гардероб—это подсознание героини, её сны и мечты. Через  «костюм» как достижение культуры  демонстрируется: что пришло в жизнь восточно-славянской  женщины после крушения Берлинской стены.
Значительная часть второго акта построена как дефиле. Учитывая особенность  героини—«отбрасывать» оранжевую тень, значение имеет цвето-световое оформление прохода к авансцене (игра желтого и красного).В моменты  оранжевого свечения героиня кардинально меняется. Из  пассивно-тоскующей, «холодной»  русской красавицы Толстая превращается не просто в агрессивную и уверенную женщину. Она становится физически красивой и сильной.  У  неё «появляется тело», она осознаёт, что управляет телом ( кинезис – в основе  бодибилдинга).
Итак, Алеся одна. После тренировки она в спортивном белье: шорты, бюстье, перчатки без пальцев, на запястьях повязки,  кроссовки и пр.

1.Толстая одна.
ТОЛСТАЯ: Гардероб «Железный занавес»—мой маленький театр!

Она ставит на подставку, как на партитуру, толстую  книгу. Это—«Новая энциклопедия бодибилдинга» Арнольда Шварценеггера .На обложке, лицом к зрителю, атлет Шварценеггер, улыбаясь, демонстрирует упражнение со штангой «Гуд монингз!».Она рассматривает кумира, улыбаясь в ответ. Берет минимальную, «дамскую» штангу. Двумя руками поднимает вверх и на плечи. Наклоняется со штангой, лицом к атлету, спиной к зрителям. Делает ответный «Гуд монингз!». Один поклон. Опускает штангу. На  мобильном телефоне набирает номер. Слушает безответные сигналы. Продолжает рассматривать атлета и в задумчивости рассуждает вслух.

ТОЛСТАЯ: Гуд монингз, Арнольд! Глядя на твое великолепное тело, хочется повторить ещё и ещё раз! Но времени уже нет. Уверяю, в пятницу мы сделаем с тобой  «Гуд монингз!» пять раз. Пять раз, Арнольд! Нет, Арнольд, пять ! И это—мой вызов тебе. Или в пятницу, или—никогда!

В минуты её монолога в фойе появляется Даша. Она видит беседующую по телефону Алесю, но не видит книгу. Замирает от неожиданности. Прячется за колонну. Слушает и одновременно набирает номер на своем мобильном.

2.Толстая, Кончита. Даша.
ДАША ( В трубку): Кончита! Это—правда. Они—любовники. Я только что слышала.  … Ушами, Кончита.
В фойе стремительно входит Кончита. Увлечена разговором по мобильнику.   Взгляды трех дам встречаются. Они одновременно отключают телефонные аппараты и прячут их. Немая сцена о тайне и коварстве. Кончита и Даша уединяются за колонной. Алеся тем временем принимает одежду у появившегося 1-го сотрудника. Боб протягивает ей букетик цветов. Алеся с удивлением на лице, молча принимает этот дар.

3.Кончита, Даша.
КОНЧИТА: Ну!
ДАША: Она только что с ним разговаривала. По телефону.  Арнольдиком его называла. ( С завистью.) Здороваются по-английски: «Гуд монингз!». Какая наглость! А нам продвигай отечественные товары в народ.
КОНЧИТА: Вслух называла Арнольдиком?
ДАША: Она меня не видела, я за колонной притаилась. В  пятницу у них встреча. В нашем тренажерном зале.
КОНЧИТА( С замиранием): Неужели?! Арнольд  появится в тренажерном зале…
ДАША: Дело его чести.  Или в пятницу—или никогда! Вопрос ребром!
КОНЧИТА ( Понимающе): Значит, придет.      Арнольд—такой человек!   Но почему с гардеробщицей? ( Поправляет шляпку) Что-то не укладывается в моей голове…
ДАША: Журналисты и писатели часто осваивают другие профессии. Потом пишут о своих приключениях книги. «Мой гардероб», например. Чем не название?( «Мой гардероб» в Дашиных устах звучит  как «Майн кампф» А.Гитлера. Кончита
улавливает эту интонацию и мгновенно изменяется. Она становится воинственной и непобедимой.)
КОНЧИТА: Даша! Смотри. ( Расстегивает шубку и показывает  подруге новый костюм.)   Вот. В стиле «милитари». Вчера в бутике отхватила. В единственном экземпляре был. Он на мне…! ( Произнося местоимение «он» Кончита явно подразумевает  мужчину.) Всюду пятна, пятна, пятна…
ДАША( С восторгом): Маскировка на местности! У меня такого ещё не было! Какая незаметность! Погончики на плечах.
КОНЧИТА: Ах, да, плечи… Вернемся к плечам!( Они  разворачиваются через левое плечо одновременно и идут, как модели, ноги на одной линии, покачивая бёдрами, прямо на Алесю.)

4. Толстая, Кончита, Даша.
КОНЧИТА: Здравствуйте, Алеся.( В сторону.) Впервые здороваюсь с гардеробом…
ДАША: Здрасьте!
ТОЛСТАЯ: Доброе утро! Вы—мои первые женские тела, которые предстоит раздеть. И надо отметить, тела привлекательные. (  Помогает Даше снять куртку, принимает шубку Кончиты).
КОНЧИТА( Показывая  костюм Толстой.): Как на мне?
ТОЛСТАЯ: Пупок впечатляет.
ДАША: Вы пишете по вечерам?
ТОЛСТАЯ: Да.
КОНЧИТА: Шефа беспокоит содержание ваших произведений.
ТОЛСТАЯ:  «Беспокойство»— это диагноз .Я пишу только о себе.
КОНЧИТА: Не очень вежливо, могли бы и о директоре… Наш Любецки—колоритная фигура. В прошлом году  проигрался в Париже,  пришлось срочно продавать дом  и вишневый сад в Соничах. И в этом была такая личная драма…
ТОЛСТАЯ:  Что-то я об этом слышала.  Знакомый сюжет…
КОНЧИТА( Автоматически): Все сюжеты обновить и наполнить новым содержанием!
Девушки уходят. Кончита неожиданно возвращается.

5. Толстая, Кончита.
КОНЧИТА: Кстати, о гардеробе. Вам необходимо купить бесшовное бельё. Модная новинка этого сезона!
ТОЛСТАЯ: С первой зарплаты. Мой гардеробчик—«сэконд хэнд».
Уходя, Кончита роняет фразу.
КОНЧИТА: А если он любит спортивное бельё?..

6.Толстая одна.
ТОЛСТАЯ: Кто же это он? Директор? Наверное, эта девушка  Любецки!
В фойе появляются Макушкин и Любецки. Оба в модных и элегантных костюмах. Идут дефиле. Любецки подходит к Алесе и молча отдаёт ей розу. Возвращается к ожидающему его Макушкину.)

7. Макушкин, Любецки.
МАКУШКИН( Любецкому о Толстой): Богиня! Богиня входа и выхода, дверей и всякого начала.
ЛЮБЕЦКИ: Женщины— надежная граница страны.  Граница должна быть на замке.
МАКУШКИН: Да, главное, чтобы не писала на экспорт! Местное значение.
Уходят в сторону кабинета. Начинается поток посетителей: дефиле,первая часть которого, имеющая отношение к фэшн, «цветное»  решение.

В гардеробе появляются две литовки в трикотажных костюмах ручной вязки. Они подходят к Алесе и здороваются по-литовски.
8. Толстая, две литовки.
ЛИТОВКИ: Лабос дена!
ТОЛСТАЯ: Лабос дена!
Литовки отдают Толстой одежду. Переодеваются, танцуя  у шеста ( танцовщицы), и уходят в тренажерный зал. Тут же возникает молодой человек в спортивном костюме. На поводке он держит породистого пса.

9.Толстая, молодой человек.
МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК: Не проходили ли в здание две литовки?( И,  не  дожидаясь ответа гардеробщицы, продолжает) Литовская вязка ценится в Европе. ( Пёс уводит хозяина по следу литовок).
10.Толстая. 2 и 3 сотрудники.
Появляются 2 и 3 сотрудники, раздеваются в гардеробе. Целуют Алесе ручки. Оставляют букет цветов и запах фирменной мужской косметики. Брызгают из пробных флаконов, рекламируя  товар. Уходят.

11.Толстая и два бодибилдера.
В обратном направлении, из тренажерного зала к выходу, идут два атлета-бодибилдера. Завораживают Толстую, играя мышцами и демонстрируя запасы жизненной влаги и сил. Переодеваются и уходят, расточая флюиды тестостерона. Толстая не сдерживается и выкрикивает:
ТОЛСТАЯ: Да здравствует американский тестостерон! Два таких мезоморфа!  (Мечтательно вздыхает) Такой фэшн в течение дня! ( После этой фразы все кардинально меняется. Потоки цвета исчезают. Зрительные образы следующих геров—черно-белое решение. Напоминает негатив пленки: все наоборот… (Непроявленное: экшн)
В фойе вбегает суматошный поляк с дорожными сумками.)

12. Толстая, поляк.
ПОЛЯК(на польском):Пани, гдзе ту ест цло?
ТОЛСТАЯ: Не здесь, пан, не здесь. Таможня за углом, направо.
Поляк исчезает, появляются два пенсионера. Идут прямо на Алесю.
13.Толстая и два пенсионера.
ТОЛСТАЯ(Не дожидаясь вопроса):Не здесь, товарищи, не здесь. Пенсии—следующее здание.
ПЕНСИОНЕР:  При коммунистах такого безобразия не было!
Пенсионеры уходят. В фойе появляется пьяница с откупоренной  бутылкой в руке. Оглядывается по сторонам, теряется в роскоши интерьера, забивается в архитектурный тупик. Ищет выход на улицу, не находит. Стоит неподвижно в тупике, не догадывается,  что нужно развернуться на 180 градусов и идти в обратном направлении.

14. Толстая , пьяница, 2 и 3 сотрудники.
ПЬЯНИЦА( Философски): Где выход? Был выход, а теперь выхода нет. Российско-американские переговоры зашли в тупик!
Толстая нажимает тревожную кнопку Появляются 2 и 3 сотрудники. Выводят пьяного на улицу. Он сопротивляется и кричит:
ПЬЯНИЦА: Меня зовут Сирожа и я не могу носить мужские колготки!
ТОЛСТАЯ( На всякий случай): Несите осторожно. Все-таки человек из народа.
( В сторону) А это—экшн!( Смотрит на часы.) О! Пять минут до конца рабочего дня.  Начинается самое интересное…
Мимо проходят Кончита и Даша, несут плакат:»Смотрите мексиканские телесериалы!». Затем в фойе появляется группа протестующих из 4 человек. Они несут плакаты: «Хочу работать!», «Хочу снимать отечественное кино!», «Я всегда протестую!».
ТОЛСТАЯ: Нет-нет-нет! Безработица в Америке. У нас—демократы и тутэйшыя.

15. Толстая, Западня, 2 и 3 сотрудники.
Толстая нажимает тревожную кнопку. Появляются 2 и 3 сотрудники. Теснят протестующих к выходу. Неожиданно один отделяется. Это Западня.
ЗАПАДНЯ: Да я не протестую. Я к Толстой.( Идет к Алесе). Алеся. Это ты? А это твой писательский стол?
ТОЛСТАЯ: Збигнев! Ты, как всегда, выделишься из толпы!
Западня застенчиво  рассматривает свои оранжевые ботинки. Толстая неожиданно «отбрасывает» оранжевую тень. Западня с интересом посматривает на Толстую, чего-то не понимая в ней. Но он, в отличие от Любецки, догадывается: читал или слышал, что у других такое  бывает….
ЗАПАДНЯ(Осторожно): Ботинки оранжевые, как и твои красивые  волосы .Хоть одна родственная душа на свете есть. ( Фальшиво.) Ну, как ты в новой роли?
ТОЛСТАЯ( Резко): Збышек, ботинки ты приобрел по случаю. А  мой оранжевый— природный  дар, моя норма, так сказать. Не сравнивай божий дар…
ЗАПАДНЯ: Цветочки от кого?
ТОЛСТАЯ( Входит в раж, оранжевая тень  при этом становится ярче): От поклонников! В нашей фирме почитают писателей. И книги мои не читали, но просто так, за талант!
ЗАПАДНЯ( Эпатирует, но очень нервно):Какие образованные спортсмены!   А что это ты так? ( Кивает в сторону тени) Вошла в раж, что ли? Словно тебе на оранжевый  хвост наступили…
ТОЛСТАЯ:  А если передо мною рожа? Оранжевый—это ретинол в организме, витамин А. Без ретинола, кстати, и не размножишься. Это я о детях, Збышек…
ЗАПАДНЯ( Истерично): Это у меня рожа? Это я-то…Я Македонского играл! Да у меня сцену забрали…А ты!  Моя последняя постановка имела скандальный успех!
В фойе появляется Макушкин.
ТОЛСТАЯ: Макушкин в городе. Он же тебя хорошо знает, поможет вернуться в театр.( Кричит Макушкину) Сергей Сергеич! Подойдите. Пожалуйста!
Западня пытается закрыть ей рот, но не успевает. Макушкин уже идет к ним. Заметив Западню, останавливается.
ТОЛСТАЯ( Громко):Западня! Западня! Здесь западня!
После этих призывов Макушкин вынужденно идёт к Западне. Они  уединяются. Алеся готовит «ЖЗ» к закрытию: трогает плечики с одеждой, поправляет цветы и т.д.
16. Макушкин, Западня.
МАКУШКИН(Сразу):Нет-нет-нет! Даже не проси. Это невозможно.
ЗАПАДНЯ: Сергей,  войди в мое положение. Живу на пенсию матери…
МАКУШКИН: Все писатели «пишут в стол», художники—в запасники, а режиссеры, сам знаешь, на полку…Хотя, впрочем…Толстая войдет в твое положение. Она тебе и поможет. Знаешь ли ты, кто её покровитель?—Арнольд!
ЗАПАДНЯ( В «страшной»  догадке): Неужели Шварценеггер?
МАКУШКИН: Какой Шварценеггер? Губернатор, а не Шварценеггер! Только не сообщай об этом журналистам. ( Наклоняется и что-то шепчет Западне на ухо. Оба смотрят на Толстую, а Толстая, настороженно и не выходя из ража, на них. Толстая опускает жалюзи.)

З А Н А В Е С.

ТРЕТИЙ АКТ.
Кабинет Любецки и выставочно-тренажерный зал одновременно. Интерьер тот же, что и в 3-ем  акте. С поднятием занавеса входят Любецки  и Кончита. Усаживаются на небольшом диванчике.

1.Любецки, Кончита.
ЛЮБЕЦКИ:  Макушкин—интриган . В регионе у него большой личный интерес…Ему я не верю, но то, что говоришь ты…
КОНЧИТА: У нас с Алесей был доверительный разговор. Просит достать эту новинку: бесшовное спортивное бельё. К пятнице. Ты уж постарайся, Дим!
ЛЮБЕЦКИ( В панике):Ах, да: в пятницу  губернатор появится в тренажёрном зале.  Нужно назначить открытие зала на этот день. Времени мало. ( Помолчав) Но почему дама его сердца трудится гардеробщицей?
КОНЧИТА: Не забывай, Любецки, это ты её оформил гардеробщицей…
ЛЮБЕЦКИ: У меня трудятся элитные гардеробщицы. К тому же она—писатель. А у писателей странные фантазии бывают. (  Понимающе смеются. Раздаётся телефонный звонок. Любецки подносит к уху трубку. Слушает с удивлением, даже приподнимается с дивана).

2. Любецки, тел. собеседник, Кончита.
ЛЮБЕЦКИ: Здравствуйте! Хорошо…буду…буду…посещаемость хорошая…буду…До свидания.( Отключает телефон. Откидывается на спинку дивана. Молчит.)

3.Любецки, Кончита.
КОНЧИТА:  Ну?
ЛЮБЕЦКИ: Вот теперь это—правда. Звонил помощник губернатора. Интересовался залом. Желает посмотреть.
КОНЧИТА: Кто, Арнольд?
ЛЮБЕЦКИ: Нет. Его помощник. Вначале все делает помощник, губернатор за ним повторяет. Главное: произвести хорошее впечатление на помощника!
КОНЧИТА: Значит, оба любят спортивное бельё!
ЛЮБЕЦКИ: Логично! Срочно составляем план мероприятий на пятницу. «Торжественное открытие тренажёрного зала». Алеся не может обслуживать других клиентов. При такой расстановке политических сил…( С гордостью) Моя фирма предоставит ей иные перспективы! Срочно зови Боба.
Кончита уходит. Раздаётся телефонный звонок. Любецки подносит телефонную трубку к уху.)

4.Любецки и тел. собеседник.
ЛЮБЕЦКИ: Алло! Сидоренко, ну как же я позвоню в Штаты, если там ночь? Ум у тебя есть? Американцы спокойно спят, Сидоренко. а ты нервничаешь. После
пятницы,  Сидоренко, после пятницы. В пятницу документ будет подписан. (Предусмотрительно оглядывается по сторонам) Слово Арнольда. Арнольд их прижмет. Гуд бай, Сидоренко.( Отключает телефон).
Появляются Кончита и 1-й сотрудник. Втроем идут к столу, садятся.).

5.Любецки, Кончита, 1-й сотрудник.
ЛЮБЕЦКИ: Записывайте.  Первое. «Хлеб-соль» по малой программе, но «супер»- серия.—За тобой, Боб. Второе. Поесть и выпить: три подхода, каждый по две серии. Баня, цветы, девушки в национальных костюмах.—За вами, Лопез.
КОНЧИТА: Броский плакат вешать?
ЛЮБЕЦКИ: Плакат-растяжку. На шпагат и кратко: «Добро пожаловать!». Без лишних слов. Всё молча. Конфиденциальность и немногословие.
1-й СОТРУДНИК: Оркестр?
КОНЧИТА: Модно один скрипач, желательно, старик-еврей.
ЛЮБЕЦКИ: Зовите Когана. Скажите: расчет в СКВ. Все, вы – свободны! Вечером доложить о проделанной работе.  Кончита, пригласите  ко мне госпожу Толстую.
КОНЧИТА: Хорошо, но не забудь сказать ей, что она—хороший писатель…
ЛЮБЕЦКИ( Смеётся): Губернатор спросит: читал ли ты Толстую?— Все прочтут!
Кончита и 1-й сотрудник уходят. Любецки переходит в тренажерный зал и в запальчивости выдаёт серию боксёрских ударов по тренировочной груше. В кабинете появляется Алеся, но Любецки уже идёт  навстречу.

6.Любецки. Толстая.
ЛЮБЕЦКИ: Присаживайтесь, Алеся. Нет-нет! На диван…( Берет её под локоток и увлекает к дивану. Садятся.)
ЛЮБЕЦКИ( Понимающе): Да, хороший писатель теперь—редкость. А для женщины  это просто—подвиг. По ночам пишете? Не высыпаетесь?
ТОЛСТАЯ:  Сплю. Устаю на работе.
ЛЮБЕЦКИ: Бедняжка! Но я вам помогу, Алеся. Мировую литературу ваша фамилия украсит не скоро, а кушать хочется … Предлагаю повышение по службе. Мне нужен директор выставочно-тренажерного комплекса. Справитесь?
ТОЛСТАЯ: Справлюсь.
ЛЮБЕЦКИ: Почему?
ТОЛСТАЯ: Изучила оборудование и методики. На прошлой неделе «жим Арнольда» на себе испытала.
ЛЮБЕЦКИ: Жим Арнольда—это хорошо. Это то, что мне нужно, Алеся. Хорошо жимануть! Ваш главный  козырь—хорошие и прочные связи. Развивайте работу в этом направлении,  за мною не заржавеет! Договорились?
ТОЛСТАЯ: В зале нужны дополнительные комплекты гантелей.
ЛЮБЕЦКИ: Будут. Ступайте в тренажерный зал немедленно: вы— директор. Сегодня объявлю в коллективе.
ТОЛСТАЯ: Спасибо, господин директор! Постараюсь оправдать ваше доверии. (Неожиданно Алеся наклоняется,  целует Любецки в щечку, «отбрасывает» оранжевую тень и говорит с придыханием. ) Дмитрий!  Можно повесить в тренажерном зале портрет Арнольда? Это украсит интерьер.
ЛЮБЕЦКИ( Взволнованно.):Всё для Арнольда! Портрет губернатора украсит любое моё учреждение, даже баню.
ТОЛСТАЯ: Да, но он там не в официальном мундире, а на спортивной тренировке.   Можно  сказать: обнажен…
ЛЮБЕЦКИ: Спорт—дело святое. Полностью доверяю вашему вкусу, Алеся. Но предупреждаю вас. По-дружески. Каждый раз в конце беседы…( Дотрагивается рукой до ещё влажной щеки.) Не произносите вслух это светлое имя… Каждый раз вздрагиваю, когда слышу ! В конце беседы…
Алеся уходит в тренажёрный зал .По-хозяйски рассматривает и проверяет оборудование. Прикалывает на видном месте плакат с изображением атлета Шварценеггера.  Любецки некоторое время ведет деловые переговоры по телефону. Свет в его кабинете постепенно гаснет. Любецки уходит. Появляются Даша и Кончита. Они  несут в тренажерный зал короб со спортивным бельём  и несколько букетов цветов.

7.Толстая, Кончита, Даша.
ДАША: Да вы такая русская красавица! Поздравляем с повышением по службе!
КОНЧИТА: Любецки распорядился  купить несколько букетов. В этом зале  должно быть много цветов. Без запаха пота. Только цветочные ароматы. Все для отдыха клиентов!
ТОЛСТАЯ: А это что?  А, бельё ! Выставочные образцы. Ура! Ура! Ура! Да здравствует спортивное бельё!( Девушки раскрывают короб, рассматривают, затем примеряют бельё. Они так увлечены, что постепенно скучная процедура приёмки
товара превращается в дефиле. Звучит озорная песня на немецком «Москау, Москау…».Вместе с моделями Алеся, Даша и Кончита участвуют в показе белья. С окончанием мелодии  модели, а также Кончита и Даша уходят. Остаётся Алеся.

8.Толстая одна.
ТОЛСТАЯ ( Мечтательно, перед портретом Арнольда): В такой белье можно понравиться и  самому Арнольду… ( Берет две минимальные гантели. Стоя перед портретом, объявляет как концертный номер.) «Жим Арнольда!».( Далее комментирует каждое свое движение) Концентрация на  головке… дальтоида…. Обе руки вверх к плечам.( Методично делает.) Ладони повернуты к себе. Одним плавным движением выжимаю гантели над головой, но не до конца, Арнольд, не до конца…
После её слов  «Жим Арнольда» в зале инкогнито появляется Западня .Пробирается ближе к Алесе, слушает и  начинает понимающе хохотать. Цепляется за тренажер и падает к ногам Алеси. Та, сбитая им с ног, также падает с гантелями вниз, на  мат, стараясь не получить травму. Лежат на мате. )

9.Толстая, Западня.
ТОЛСТАЯ: Подножки ты ставишь профессионально! Твоё имя—  Збышек Подножка!
ЗАПАДНЯ: Нет. Я—Збышек Западня.( Показывает на портрет) Это Бог, которому ты поклоняешься? И это все—о нём!( Показывает как рыбак «огромный улов».)
ТОЛСТАЯ: Ревнуешь?
ЗАПАДНЯ: К кому? К спорту? Да, после сорока главное для писателя—держать мышцы.
ТОЛСТАЯ: ( Интригующе):Цветы от поклонников!
ЗАПАДНЯ ( Осторожно, словно врач сообщает пациенту опасный диагноз): Алеся, ты—первоклассный журналист и талантливый писатель…
ТОЛСТАЯ: Меня сегодня повысили по службе…
ЗАПАДНЯ: Видишь ли ,Алеся ( Осторожно обнимает её за плечи, наклоняется над лежащей Алесей), социальный статус женщины… в современном обществе… определяется…как бы это помягче выразиться?— Не тем, чем думаешь ( Гладит её по голове). Не степенью литературного таланта…
ТОЛСТАЯ: Доходами с оборота?  Гардеробом?
ЗАПАДНЯ: Кончита, Даша, Макушкин и другие люди  пишут квитанции, а не книги. Они не понимают, что писатель—это интеллект. Объемы памяти, так сказать, которых у них нет. Они не могут понять тебя, как мужчина не может родить ребёнка ( Бережно снимает с её живота гантелю и говорит немного в сторону). Кстати, об оранжевом ретиноле…     Глядя на тебя, Алеся, они правильно думают, что  твоё положение в обществе  определяется положением твоего любовника ( Произнося последнюю фразу, Западня пытается принять определённое горизонтальное положение.)
ТОЛСТАЯ:  Показывать на мне  не надо…
Одновременно Западня спокойно наблюдает за двумя папарацци, появившимися за спиной  Алеси. Репортёр и оператор с телекамерой  держат их «на прицеле».

10. Толстая, Западня ,трое журналистов.
ЗАПАДНЯ (  Неожиданно громко, словно начинает играть роль): В твоей голове один Арнольд! Ты помешалась на этом губернаторе, ослица! Влюблённая дура  с гантелями в брюхе!
ТОЛСТАЯ: Ну, признайся, что ревнуешь.
ЗАПАДНЯ (Как «плохой» актёр, фальшиво): Ревную. Я—ревнивец! ( Поднимается. Хватает букеты цветов, один за другим, бросает  цветы в Толстую.) Продажная женщина! ( Толстая возмущается и пытается дать ему сдачи. Но Западня уже хлещет её букетом по лицу.) Я тебе пошляюсь по губернаторским приёмным ! Ещё раз скажешь, что любишь Арнольда Ивановича, убью!
Алеся замечает снимающих их журналистов , но те со словами: «Отснято!»  убегают.

11. Толстая, Западня.
ТОЛСТАЯ: Коллеги из независимой газеты! Что это? А мы с тобой валяемся в  белье на матах? Почему они нас снимают? Почему ты меня обнимаешь? ( Бьёт его букетом  по голове).
ЗАПАДНЯ: Почему «мы»? Ты в белье, а я только что осуществил свою лучшую постановку. В тренажерном зале. Ведь сцены у меня нет… И все это только ради тебя, Алеся.
Толстая неожиданно «отбрасывает» оранжевую тень и с интересом рассматривает Збышека.
ТОЛСТАЯ: И к кому ты меня ревнуешь, Збышек? Такая уверенность . (  Трогает  его «жидкие» бицепсы, презрительно демонстрируя  мышечную недостаточность). Его папу зовут Густавом! Почему ты кричал «Арнольд Иванович»?
ЗАПАДНЯ: Его папу зовут …Ванечкой! И это местный губернатор Арнольд Восточкин. Все об этом только и говорят. Любовница губернатора трудится в гардеробе…А ты: ах, Арнольд! Арнольд!
ТОЛСТАЯ: А кто так пошутил? Кто придумал эту сплетню?( Пытается  ударить  Западню, показывая серьезность своих намерений).
ЗАПАДНЯ: Не я, но все об этом  говорят! А завтра, Алеся, во всех местных газетах…  Наконец-то тебя опубликуют, после десятилетнего перерыва, завтра, во всех газетах будет напечатана вся правда о тебе, Алеся Толстая.
ТОЛСТАЯ: Это ложь, все знают: я не продажная…
ЗАПАДНЯ: … а « честная советская» журналистка. Я тебе объяснил,  что для этих людей «святая истина»: деньги!
ТОЛСТАЯ: Я не готова! Завтра, во всех газетах…ужас…Я не готова!
ЗАПАДНЯ: А почему ты не готова?  Для них ты— всегда плохая… А подавать им пальто в гардеробе ты готова? Из вас получится хорошая посудомойка, Алеся Толстая, может быть… когда-нибудь.. вы напишете об этом книжечку. О том, как нужно подавать пальто… Ты что ,  о Монике Левински не слышала?
ТОЛСТАЯ: Дела зашли так далеко!?( Всхлипывает).
ЗАПАДНЯ: Да, и это наш скромный вклад в великое дело отставки губернатора. Этот губернатор—наша безработица! Это наше унижение и наш голод!
ТОЛСТАЯ: Ты прав.
ЗАПАДНЯ: И не бесплатно, Алеся! Это—не коммунистический субботник с губернатором в красных очках! Тебе нужен стартовый капитал в новой жизни. Кто-то ворует, кто-то грабит. А нам, Алеся, достался «ум» : мошенничество, шантаж.
ТОЛСТАЯ ( Утирая слёзы): Выражайся правильно, черный пиар! А кто ты в этой пьесе?
ЗАПАДНЯ( С гордостью): Мелкий прихвостень и интриган, предавший  школьных друзей.
ТОЛСТАЯ ( С восторгом):Здорово! Вот это роль! Збигнев, ты мыслишь гениально! Не зря тебя еще в школе называли Бжезинским…
Западня нежно обнимает её за талию.
ЗАПАДНЯ: Ты вышла из коммунистического стереотипа?
ТОЛСТАЯ: Да.
ЗАПАДНЯ: Вперед, в новый, в  капиталистический! Мы там ещё не были! Главное—жить! Интересно, что о нас напишут завтрашние газеты?
Т ОЛСТАЯ: Главное, что  напишут. Это—реклама. Стартовый капитал и начало новой, прекрасной жизни.
ЗАПАДНЯ: Правильно.
ТОЛСТАЯ: Ну, а что напишут, это я знаю…На первой странице фото. Броский заголовок и текст: « Режиссёр Збигнев Западня устроил сцену ревности гардеробщице фирмы «Железный занавес» Алесе Толстой. Во время избиения за пять минут до конца третьего акта , Западня кричал…
ЗАПАДНЯ ( Кричит): В твой голове один Арнольд! А должно быть—…
ВМЕСТЕ:: Два  …губернатора!.
З А Н А В Е С .
ЧЕТВЁРТЫЙ   АКТ.

Кабинет губернатора Восточкина. В интерьере выделяется красная ковровая дорожка, от двери до стола губернатора. В советские времена такие дорожки в народе называли «кремлёвскими».  В данной постановке сопоставимо с подиумом для дефиле : пока посетитель «долго»  идет, губернатор неотрывно  смотрит  на подданного (психологический  приём).
Губернатор Восточкин за столом. Он, действительно, похож на Шварценеггера. Дымится кофе в чашке. Светится экран включенного телевизора. Губернатор читает вслух лежащую перед ним газету.

1.Губернатор один.
ГУБЕРНАТОР( Читает вслух): «…Режиссер Збигнев Западня  устроил сцену ревности в гардеробе «Железный занавес». Шквал цветочных букетов обрушился на голову гардеробщицы Алеси Толстой. Режиссёр метал букеты, приговаривая : «В твоей голове один Арнольд! Ты помешалась на губернаторе…».
Входит помощник губернатора. В руке— газета. Помощник медленно идет по дорожке к губернаторскому столу.
ПОМОЩНИК: Арнольд Иванович, вызывали?
ГУБЕРНАТОР: Мы с первым замом  смотрели благоустройство города. Сегодня.  В южном районе, вдоль магистрали, все заборы  исписаны матерными словами. Белой краской.
ПОМОЩНИК: Только в этом году мы закрыли  несколько частных изданий. В городе много безработных журналистов. Им негде публиковаться…
ГУБЕРНАТОР: Работают телевизоры .(Неожиданно резко усиливает звук включенного телевизора и тут же гасит. Следующую фразу произносит больше для себя.) В кабинете постоянно  работает телевизор. Раньше я этого не замечал…позвони в мэрию, пусть срочно займутся.
ПОМОЩНИК: Журналистами?
ГУБЕРНАТОР: Да-да, заборами.
Помощник  идёт к выходу. Голос губернатора останавливает  его у самой двери. Впечатление: помощник слышит спиной.
ГУБЕРНАТОР: ОНИ решили закрыть последнее частное издание таким оригинальным способом? Используя моё имя?  К чему эта «толстовщина»? Уточни.
Всё это время помощник медленно идет по ковровой дорожке уже в обратном направлении, к столу.
ПОМОЩНИК: Уточнил. Это не бредни. Толстая сегодня утром это к-х-ха ( кашляет)  подтвердила. Простите, Арнольд Иванович, простужен. С ней беседовал Любецки. Обещает показать фото: вы с ней к-х-ха ( кашляет) в интимной обстановке.
ГУБЕРНАТОР: Над центральным вещевым  рынком развевается флаг США. Почему?
ПОМОЩНИК: Расчеты на территории рынка в долларах США. Да ведь мы и не в Евросоюзе.
ГУБЕРНАТОР: Я раньше этого не замечал…
ПОМОЩНИК: Всегда так было.
ГУБЕРНАТОР: На  городских афишах только американское кино. Везде лица американских актеров и актрис. ( После этой фразы помощник наклоняется и всматривается в «американское» лицо губернатора) В торговых витринах, в основном, «пепси» и «кола». Передай Квашне: пусть отрегулирует. Ты—свободен!
ПОМОЩНИК: Хорошо.( Медленно идет по дорожке к двери, голос губернатора останавливает его у самого выхода).
ГУБЕРНАТОР: Ты помнишь, что у меня сегодня переговоры с Калифорнией?
Помощник поворачивается и идет в обратном направлении.
ПОМОЩНИК: Помню.
ГУБЕРНАТОР: Макушкин давно в городе?
ПОМОЩНИК: Три дня.
ГУБЕРНАТОР ( Удивленно): Три дня и даже не зашел..? ( Впадает в прострацию). Ты свободен, Степан, иди…
Помощник идёт по дорожке к двери. Спиной «ожидает» очередной губернаторский вопрос.
ГУБЕРНАТОР:  У этой Толстой с головой всё в порядке?
ПОМОЩНИК: Уж -да — уж! Кандидатура подобрана удачно. Умненькая. Пишет прозу. Драматург. Занимается бодибилдингом по методикам Шварценеггера. Потенциально опасна, провозглашает: «Да здравствует американский тестостерон!». Хорошо выглядит.  ( Далее говорит о Толстой с восторгом и завистью). В таком тонусе! Просто светится. Красавица! ( Показывает жестом, что одобряет выбор).
ГУБЕРНАТОР ( Сентиментально): Десять лет тому… помнишь ли ты те годы?… пропадали вместе, в предвыборном штабе… ночи напролет…мечтали о новой жизни…
ПОМОЩНИК( Заинтересованно): Вам нужно встретиться. Наедине. В кабинете у Любецки, например. Надавить ей на совесть. Потребовать опровержения. Помочь. Не хорошо, если писатель трудится в гардеробе.
ГУБЕРНАТОР: Ну, ладно. Иди. Я сам…
Помощник «живо» идёт к выходу , но голос губернатора останавливает его.
ГУБЕРНАТОР( Взволнованно и громко): Да подожди же ты! Не  спеши так!
Помощник останавливается. В порыве нахлынувших чувств губернатор нечаянно и незаметно для себя  задевает пульт управления телевизором. Звук резко усиливается. Голос диктора: «Ну а теперь, в  конце выпуска новостей… несколько слов … о культуре и искусстве… В сельском доме культуры деревни Крупенки, что на севере региона, состоялось чествование тружеников села…» Губернатор и помощник  замерли  и внимательно слушают.
ГУБЕРНАТОР: Черт! Так и испугать можно. Случайно нажал не на ту кнопку…Нет, ничего, Степан. Иди.
Помощник уходит . В кабинет стремительно вбегает жена губернатора. В руке держит газету. По мере продвижения по дорожке внутренний напор её ослабевает. К
столу подходит  мягкой и покорной.  Садится в кресло. Надевает очки и становится «совершенно незрячей».

3.Губернатор, его жена.
ЖЕНА ( Подаёт газету): Какой оригинальный проект! ( Смотрит на мужа. Он молчит.) Или черный пиар? Совсем запуталась…слушай, тут такое дело! Горидзе  просит подписать лицензию на  поставку двух вагонов сахара. Из Китая через Литву к нам. Дороговато, правда…
ГУБЕРНАТОР: Ну, раз Горидзе  просит…( Подписывает документ. Жена подсовывает ещё один документ.)
ЖЕНА: И эту тоже подмахни.( Губернатор молча подписывает. Жена подаёт ещё один документ.) И это тоже подпиши…( Губернатор подписывает) И вот, последняя бумажка…( Губернатор молча подписывает и эту.) Что-то я не поняла? (Обескураженно) Ты что, со всем согласен? На счет профессии? Почему гардеробщица составляет тебе пиар-кампанию? На Западе принято: актриса, певица, артистка цирка…Поярче, понимаешь?
ГУБЕРНАТОР: Наши доярки не простят мне актрису или артистку цирка. Не проголосуют на следующих выборах. А гардеробщица—это своя, народная баба.
(Далее он рассуждает вслух, пытаясь понять молодую женщину, но перед ним сидит его жена…) Смелый поступок?  Отчаялась? В горящую избу вошла…? Как там, у классика? Понимаешь?
ЖЕНА: Понимаю. Говорят, Любецки ей короб белья преподнёс. Неудобно как-то.  Люди не понимают: кто же любовник? Сплетни про этого Любецки идут. Разнотолки.
ГУБЕРНАТОР: Разнотолков нет. Слушай последний выпуск.( Читает по газете) Алеся Толстая подписала с издательством  «Жизнь замечательных людей» контракт на издание книги о личных встречах с губернатором  Восточкиным и т.д.
ЖЕНА: Значит, все- таки ты, а не Любецки… ( Губернатор корчит  рожу и разводит руками…) Может, выгоднее поменяться с ним местами?
ГУБЕРНАТОР: Совсем свихнулась. Я—на фирму. А он – в мой кабинет? –Иди домой, вечером обо всем поговорим…(Жена уходит. Губернатор  роняет ей вслед безответную фразу.) А машина моя тебе зачем? Все к своим рукам  прибрала! ( Швыряет, в бессилии, в сторону двери  телефонный справочник. Нажимает кнопку прямой связи. Входит помощник).

4.Губернатор, помощник.
ГУБЕРНАТОР: Что Калифорния?
ПОМОЩНИК: Дозваниваемся.  Нужно подождать. Вы же знаете, что в Америке ночь.
ГУБЕРНАТОР: Что на сегодня  по плану?
ПОМОЩНИК: В 17.00. торжественное открытие тренажерного комплекса . Любецки надеется, что вы появитесь. Программа рассчитана на ваше присутствие.
ГУБЕРНАТОР:  Всё как обычно? Оркестр-цветы-дети? Фотокорреспонденты? «Испытаю» сам какой-нибудь тренажер. Продемонстрирую публично хорошую спортивную форму?
ПОМОЩНИК: Да, так точно.
ГУБЕРНАТОР: И Алеся Толстая там же,  среди народа…В толпе зевак…
ПОМОЩНИК: Ну почему же «в толпе зевак»? Толстая назначена директором этого спортивного комплекса. Она—принимающая  сторона. Толстая в приёмной. С планом мероприятия. Настаивает на предварительной встрече. Надо  уточнить детали.
ГУБЕРНАТОР: Настаивает? Вот как?! Хорошо. Я приму её. Но не сразу, минут  через пять. Нужно вспомнить о культуре. Она ведь драматург!
ПОМОЩНИК: Понял. Через пять минут.
Помощник уходит. Губернатор выдвигает  шуфлядку письменного стола. Берёт в руку пистолет. Взвешивает на ладони несколько раз…

5. Губернатор один.
ГУБЕРНАТОР: Нет! Это—всего лишь политическая смерть!
Вздохнув, он прячет пистолет в стол. Встаёт, идет к барной стойке. Прихватив штофик с виски, усаживается в кресло, но уже по-иному, « по-американски», ноги—на стол. Наливает стопку. Выпивает. Повеселев, снимает и бросает по сторонам, галстук и пиджак. Ерошит волосы на голове . Переключает телевизор на канал «Дискавери». К моменту появления посетительницы он преображается до неузнаваемости: это «скотина»  мужского пола.

6.Губернатор, Толстая.
Входит Толстая.
ГУБЕРНАТОР(  развязно): Привет, Крошка!
Пока «Крошка»   идёт по «кремлёвской» дорожке, губернатор нагло её рассматривает.
Дефиле Толстой. Она в образе Моники Левински. На голове чёрный берет. Волос завит и красиво падает на плечи. Блузка без рукав: загорелые и «накачанные» руки и плечи. Заметны даже головки дальтоидных мышц! Женщина  показывает сильное тело. В руке у Алеси кейс, больше смахивающий на огнемёт Терминатора. Она обворожительно воинственна и откровенна. Возможно, даже влюблена…если он не «скотина».
Неожиданно девица «отбрасывает» оранжевую тень, заметив это, губернатор воодушевлённо читает стихи.
ГУБЕРНАТОР( снимая очки): «Нет, весь я не умру. Лечу, лечу.
Меня тревожит солнце в три обхвата.
И тень ОРАНЖЕВАЯ. Нет, здесь быть я не хочу!
Я вынужден поверить, что умру.
И я спокойно и достойно представляю,
Как нагло входит СМЕРТЬ в мою нору…»

А дальше, простите, не помню. Это стихи  драматурга Евгения Шварца. Вы ведь тоже драматург. Не правда ли, Толстая?
Рука Толстой нежно касается ершика на его голове. Она берет лежащие на столе очки с красными стеклами.
ТОЛСТАЯ: Тебя беспокоит оранжевый?  Нехватка ретинола, витамина А, дорогой. Ешь апельсины и жёлтые цитрусовые. А я вот вижу даже ночью. Наверное, избытки в организме. ( Интригуя) Кому бы отдать? Спектр между красным и жёлтым, светосинтез.
( Воодружает очки ему на переносицу. ) Вот так-то лучше.
ГУБЕРНАТОР: А что, мы уже на «ТЫ»?
ТОЛСТАЯ: А что, опять на «ВЫ»? ( Чмокает Арнольда в щёчку, морщит носик). И что мой маленький пил? Виски? После каждой рюмки ретинол исчезает… Я, кажется, вошла в раж!( Показывает ему «козу», пугая дерзким и неизвестным ему ,состоянием. Губернатор заметно сдерживает себя. Слышен  скрип открывающейся двери.)
ГУБЕРНАТОР( Громко. В сторону двери):Не волнуйся, дорогая, луч солнца не проникнет в этот кабинет, не то что   светосинтез! ( Помолчав, говорит громко, с
расчётом на то, что их слушают .) Толстая! Фамилия говорит  о русской литературе. О светлых образах русских женщин…Хочется говорить…
ТОЛСТАЯ( Подсказывает ему):…под стук уходящего поезда? …о преждевременной кончине Анны Карениной?  Анна—самоубийца.
ГУБЕРНАТОР: Лариса…
ТОЛСТАЯ: Лариса  из  «Бесприданницы» Островского—жертва. Убита мужчиной из огнестрельного оружия!
ГУБЕРНАТОР: Тургеневская…
ТОЛСТАЯ( Перебивает): Не вспоминать о бедняжке Муму! Утоплена в реке.  Мужчиной. ( Театрально):Господи, как он потом переживал!( Далее она не дает открыть рот губернатору, хотя тот и пытается говорить о своём). Татьяна Ларина—несчастная судьба, брак с дряхлым старцем…Одиночество.
ГУБЕРНАТОР: Да. И что, все русские образы поблекли?
ТОЛСТАЯ: Все. Даже Сонечка Мармеладова. Это теперь «не работает».
ГУБЕРНАТОР: И как вас теперь называть? Кто вы?
ТОЛСТАЯ: Моника Левински. Сара из «Терминатора».  Матрица. ( Игриво) Ангелочек Чарли!  И у меня к вам деловое предложение! И что бы ни- ни! Чтобы
никто нас не слышал! ( Губернатор наливает себе вторую рюмку виски, залпом   выпивает. Нажимает кнопку. Появляется помощник).
7. Губернатор, помощник, Толстая.
ГУБЕРНАТОР: Никого! Нас нет!
ПОМОЩНИК: Понял.( Исчезает).
8.Губернатор, Толстая.
Толстая извлекает из кейса игрушечный огнемёт и  берёт «на прицел» губернатора.
ГУБЕРНАТОР( Улыбаясь, поднимает вверх руки): Валяй, Сара, мы одни.
ТОЛСТАЯ: Я могу от всего отказаться. Могу. Публично. Но при одном условии. Сумма  вашего гонорара должна превысить сумму издательства в два раза!
ГУБЕРНАТОР( Присвистнув): Да ты взбесилась, Моника! Я же это светопредставление не заказывал…Но раз ты сама пришла…( Губернатор наклоняется и начинает медленно расстёгивать пуговки на её блузке) Не сопротивляйся долго. Пожалуйста…
(  Нежно и  заинтересованно, желая  что-то в ней понять) Да здравствует американский тестостерон!
ТОЛСТАЯ: Вы уверены? Может, вам нужен прибалтийский  эндоморфин?
ГУБЕРНАТОР: Ни в коем случае: погибаю от избытка жира, не перерабатывается. Нужно активное сгорание, в цитрусовых!
Алеся нервно отстраняется. Оранжевая тень исчезает.  Девушка становится блеклой, грустной и даже жертвенной. Воля  на  мгновение парализуется. Она ищет в себе силы. Губернатор нажимает кнопку прямой связи. Входит помощник.
9.Губернатор, помощник, Толстая.
ГУБЕРНАТОР: Любецки и всю его команду, выставочно-тренажёрную, ко мне в кабинет. Срочно.
ПОМОЩНИК( Удивленно): Что, всех? И скрипача-еврея?
ГУБЕРНАТОР( Спокойно и тихо): Всех. И скрипача-еврея. И журналистов, на закуску.
ПОМОЩНИК:  И народ?
ГУБЕРНАТОР: Можно представителей. А журналистов –обязательно. Отснимем серию прямо здесь. В кабинете. Толстую это тоже устроит.
( Пока они беседуют, Алеся наливает в губернаторскую стопку виски и выпивает залпом. Показывает жестом, в сторону уходящего  помощника, что напиток
крепкий для неё:  в горле спазм. Помощник покидает кабинет .Губернатор, заметив их  взгляды, воодушевляется ещё больше.)
10.Губернатор, Толстая.
ГУБЕРНАТОР: Скажи громко: я люблю тебя, Арнольд. Тренируйся. Люди уже идут.
Т ОЛСТАЯ: Нет. Это—спектакль. Я знаю свою роль. Таких слов нет.
ГУБЕРНАТОР: Алеся, кого отстраняют от власти? ( Он ласково обнимает её за плечи) Тебя или меня, твоего губернатора?
ТОЛСТАЯ: Вас.
ГУБЕРНАТОР: Ты хочешь, чтобы меня отравили цианистым калием  ?( Он прижимает её к груди).
ТОЛСТАЯ: Нет.
ГУБЕРНАТОР: Ты хочешь, чтобы меня расстреляли ?( Пытается забрать огнемёт.)
ТОЛСТАЯ( Отстраняется): Нет,  Арнольд  …Иванович!
ГУБЕРНАТОР: Автомобильная катастрофа?…( Восточкин целует её  волосы, затем лоб…).
ТОЛСТАЯ( Всё ещё самонадеянно): Автомобильная катастрофа мне не нужна…
ГУБЕРНАТОР ( Подразумевая чувства): Что? Испугалась? А где твоя оранжевая  речь ?
ТОЛСТАЯ ( Растерянно): Арнольд Иванович! Вы  почему-то такой сильный и уверенный! Неожиданно. Вы всё знали? С самого начала? Что всё по-иному ?
ГУБЕРНАТОР: Что «всё по-иному»?
ТОЛСТАЯ: Что «всё»  в вашем кабинете, что все придут сюда, а не в тренажёрный зал. И что я вас …люблю?!
ГУБЕРНАТОР: Да. С некоторых пор это—  «мой»  сценарий… А у тебя  всего лишь роль второго плана. Ну так играй же на главный образ! Скажи: Я люблю тебя, Арнольд! Простая реплика…
ТОЛСТАЯ: Да, простая…( Закрыв лицо руками, как героиня классического русского романа )… Я люблю Вас, Арнольд Иванович…
ГУБЕРНАТОР: Что я слышу? На «ВЫ»? … неужели.  Вы меня любите, Алеся?!
ТОЛСТАЯ: Я люблю вас.
Влюбленные целуются. Появляются уже две оранжевые тени. Арнольд  увлеченно снимает блузку с Алеси. Юбка падает на пол сама. Алеся стоит в бесшовном спортивном белье.
11.Губернатор, Толстая, Западня и все остальные.
Распахивается дверь.  В кабинет  врывается шумная  толпа. Любецки с подносом. Кончита и Даша несут плакат: «Позор на всю Европу!». Макушкин, стараясь остаться для Восточкина незамеченным, показывает , как развернуть плакат, чтобы телеоператор захватил текст в кадр, на фоне целующихся.  Еврей-
скрипач играет что-то неудержимо веселенькое. Вспышки и блики снимающих теле,-  и фотокамер. Из толпы выделяется Западня. Он бросается к целующейся парочке, чтобы разнять…
ЗАПАДНЯ: Жалкий спектакль! Все играют фальшиво! Она любит меня! Это—глупая, заказная роль! ( Он пытается оттащить Алесю от Арнольда).Отойдите от Толстой, негодяй! Несостоявшийся  «красный» политик!
ГУБЕРНАТОР: Ну скажи ты ему, что любишь меня. ( Западне, по-дружески) Не мешай, человек…
Толстая победоносно улыбается. Над головами героев,  в красно-желто-оранжевом свете ,  появляется  оранжевая лестница «в небо». Отбиваясь от объятий Кончиты ,Даши и других, первой на лестницу перебирается Алеся, за ней следует Арнольд. Третьим  пытается подняться «в небо» Збигнев. Находясь на ведущей вверх
лестнице, они зрительно возвышаются над обывательской толпой: лестница медленно, до закрытия занавеса, поднимает их « в небо». Алеся «отстреливается» из игрушечного огнемёта. Збигнев отбивается от толпы  жёлтыми ботинками. Арнольд  бросает вниз очки с красными стёклами, забрасывает  любопытных  «деловыми»   бумагами…
ТОЛСТАЯ( Грубо): Збышек! Не ной! Все  изменилось в нашей жизни к лучшему…ты чего-то не понял … читай Бжезинского … Это  непредсказуемая, непрогнозируемая жизнь…Догоняй!
ГУБЕРНАТОР(  Толстой): Ты права…в таких случаях  принято ссылаться на Бжезинского
(   Пытается сбросить режиссёра  с лестницы). Идеолог жёлтой прессы!
ЗАПАДНЯ: Ты и ему сказала  «Да!». Он же красный!  Терминатор это—временный! Для многих его уже нет! Зачем же он тебе?(  В ярости бросает в Алесю букет и истерично всхлипывает, как ребенок). Кто предупредит вас об ошибках? Как же вы без меня? Я с вами. Я тоже  люблю : «Позор на всю Европу!» Это такие сильные чувства…
АЛЕСЯ( Глядя вниз): Прощайте, рожи! Вам не понять мир наших чувств…
Любецки нервно реагирует на «уход» этой троицы. Он  поднимает с пола упавший берет Алеси и не знает, что с этим делать:  натягивает на голову, но, посмотрев на Кончиту, прячет стыдливо под мышкой, а затем и вовсе отбрасывает в сторону…
Музыка звучит громко.
ЗАНАВЕС. КОНЕЦ ПЬЕСЫ.
Январь 2005 г.                                                                                    Лариса  Баклага.