Мой собственный памятник

Диана Балыко

Фарс

Диана Владимировна Балыко

Республика Беларусь
220012  г.Минск
ул. Сурганова, 30-17
т. +37517285-7463, +375294025691
e-mail: gentledi@mail.ru, gentledi@tut.by

Действующие лица:

Господин министр, Сергей Сергеевич – напыщенный мужчина с брюшком за сорок

Лариса – 35-летняя стройная брюнетка, самоуверенная и эффектная, с легким налетом вульгарности

Голос секретарши Леночки – приятный, бархатный, временами заискивающий, временами с чуть фамильярными интонациями

Голос Главного – повелительный и строгий, безапелляционный

Место действия – кабинет министра. Огромный дубовый стол, заваленный бумагами, несколько телефонных аппаратов. Кожаный диванчик, журнальный столик для кофейной паузы, стеллажи с папками, стулья для посетителей, вешалка для верхней одежды, на которой висят пальто, шляпа и кашне, большое зеркало. За рабочим столом в министерском кожаном кресле восседает крупный (по габаритам и выражению лица) чиновник, взгляд его недоволен, лоб омрачен горькой думой, пальцы бестолково бегают по столу в поисках точки опоры, внезапно они останавливаются на большом телефонном аппарате и жмут кнопку громкой связи.
Сергей Сергеевич: Леночка, откидывается в кресле, кладет ноги на стол, соедини-ка меня с Иваном Ильичем.
Голос секретарши Леночки: Сию минуту.
Сергей Сергеевич: Ваня? Говорить можешь? убирает ноги со стола

Сергей Сергеевич, полушепотом: Ты был на закрытом совещании? наклоняется к телефону

Сергей Сергеевич: Так…задумчиво Значит тебя вызвали? судорожно сглатывает воздух

Сергей Сергеевич, закатив глаза к потолку: Ну, что там Главный? Все еще рвет и мечет?

Сергей Сергеевич: Говоришь, недоволен? все ниже наклоняется к телефону

Сергей Сергеевич, растерянно: Мда…

Сергей Сергеевич: Но я же еще не исчерпал весь свой ресурс! Я еще нужен аппарату!

Сергей Сергеевич, патетично воспламеняясь: Столько проектов! Столько планов!

Сергей Сергеевич: Дайте мне только точку опоры, и я переверну мир.

Сергей Сергеевич взволнованно: Какие кандидатуры? Кем он хочет меня заменить? нервно стучит пальцами по столу

Сергей Сергеевич: Надеюсь, ты упомянул о моих заслугах перед страной? Ты же знаешь, я в долгу не останусь.

Сергей Сергеевич: Так значит, вопрос еще не решен?

Сергей Сергеевич облегченно вздыхает: Уже легче!

Сергей Сергеевич вкрадчиво: Слушай, скажи, как друг… может, мне затаиться на недельку? Взять больничный или уехать в отпуск? Может симулировать сердечный приступ? Ведь и на самом деле недолго…

Сергей Сергеевич: Мда… Идейка не очень. Больной министр – дрянь. Отпуск еще хуже!

Сергей Сергеевич озадаченно: Тайная президентская проверка? Уже началась? Коррупция в государственных масштабах?.. В высших эшелонах власти? Вот, значит, под каким соусом он хочет это подать.

Сергей Сергеевич возбужденно: Ты же меня знаешь! Я – никогда… Козни, козни… Это все завистники!

Сергей Сергеевич: Какие злоупотребления? Чист как младенец!

Сергей Сергеевич: Вань, а, может, пронесет?

Сергей Сергеевич: Сегодня, говоришь, все решиться? Если ты подсобишь, я в долгу не останусь. Махнем вечером в баньку… с девчонками, само собой. Такой устроим фестиваль! У меня тут и веничек березовый припасен. Прямо в кабинете стоит.

Сергей Сергеевич: Все расходы беру на себя. Ну, девочки, закусон, выпивон. Короче ты меня понимаешь, не первый же раз корефанимся. Гастроль организую на «ура».

Сергей Сергеевич: Да. Мне сейчас нужна любая информация. Целый день в кабинете. Я на прямой связи.

Сергей Сергеевич: Приемный день. По личным вопросам. брезгливо Граждан обслуживаю.

Сергей Сергеевич: Чуть что, сообщи. Сразу, не мешкая.  Все решения без промедления.

Сергей Сергеевич: Вань, я в долгу не останусь. Я для тебя ВСЕ.

Кладет трубку, уронив в руки лоб, тихонько воет. Встает, начинает ходить по кабинету.
Сергей Сергеевич: Аппаратные шлюхи! Предатели! Никому нельзя доверять! Он, видите ли, ищет мне замену! Проверка… Да я вас всех за собой потащу! Всех до единого, мрази! Мне слишком дорого досталось это кресло, чтобы так просто с ним расстаться. Мы еще повоюем! Каждого из вас к ногтю, всех под суд!

Снова нажимает кнопку громкой связи на телефоне.
Сергей Сергеевич: Леночка, что там у меня на сегодня?
Голос секретарши Леночки: С двух до пяти прием граждан по личным вопросам. Записано шесть человек. И… в семнадцать тридцать… под вопросом… совещание у Президента. Оно как бы назначено, но Вас как бы пока не вызвали.
Сергей Сергеевич: Хорошо. Позвони в другие приемные, постарайся раздобыть информацию, кто все-таки приглашен на это совещание. И деликатно так выведывай, не болтай про меня, ясно?
Голос секретарши Леночки: Ну, что ты… Вы, Сергей Сергеевич? Все будет сделано.
Сергей Сергеевич строго: Сообщи сразу.
Голос секретарши Леночки: Конечно!
Сергей Сергеевич: И газеты свежи принеси. Что там про меня пишут?
Голос секретарши Леночки: Газеты уже лежат… на краю Вашего стола. Красным маркером обведены статьи про расстановку политических сил в государстве.
Сергей Сергеевич: И оппозиционные?
Голос секретарши Леночки: И оппозиционные.
Сергей Сергеевич: Хорошо.
Голос секретарши Леночки: Может отменить посетителей?
Сергей Сергеевич: Посетителей? Мда… Это неплохая идея.
Садиться за стол, начинает тупо перекладывать бумаги.
Сергей Сергеевич: К черту посетителей! Хотя нет… Возможно, в рамках тайной проверки…
Нажимает кнопку громкой связи.
Сергей Сергеевич возбужденно: Леночка, ни в коем случае не отменять посетителей. Работа продолжается. Все по графику.
Голос секретарши Леночки: Поняла.
Встает из-за стола. Начинает ходить по кабинету, разыгрывая сцену разговора с посетителем густым басом.
Сергей Сергеевич: Входите, входите, бабушка, не стесняйтесь. Что Вас привело ко мне?
Подбегает к вешалке, срывает кашне, надевает его на голову, как платок, горбится, изображая старушку.
Сергей Сергеевич: Да, вот, миленький, квартирный вопрос…
Выпрямляется, сбрасывает кашне на плечи.
Сергей Сергеевич: Слушаю, бабушка. Какая проблема?
Снова горбиться, тянет на голову кашне.
Сергей Сергеевич:  Да, вот, шыночак, берет папку со стола, я тебе гостинец принесла…
Сергей Сергеевич: Да, что вы, бабушка! Показывая деланное возмущение. Какие могут быть гостинцы? Разобраться в вашей проблеме – моя прямая обязанность.
Сергей Сергеевич: Миленький, да тут яички домашние, творожок.
Сергей Сергеевич: Вы что, бабушка! Какие яички!
Сергей Сергеевич: Да, просто возьмите, шыночак, несла ведь!
Сергей Сергеевич: Министр не может взяться за яйца! Смеется собственной шутке. В чем дело, поконкретней?
Сергей Сергеевич: Дочка с мужем из квартиры выселили… Куда мне идти на старости лет?
Сергей Сергеевич: Так, справки у вас имеются, что вы ранее проживали в этой квартире?
Включается громкая связь.
Голос секретарши Леночки: Сергей Сергеевич, к Вам посетитель.
Быстро выпрямляется, вешает кашне обратно на вешалку, приглаживает у зеркала волосы.
Сергей Сергеевич: Кто, по какому вопросу?
Голос секретарши Леночки: Сейчас, сейчас. Бойко. Бойко Лариса Евгеньевна с проектом реконструкции центральной площади столицы.
Сергей Сергеевич: Хорошо, пусть заходит, я приму.
Вновь возвращается в кресло за рабочим столом.
Сергей Сергеевич: Заходите.
В кабинет, словно в свой собственный, входит высокая стройная эффектная женщина в плаще, шляпе и темных очках.
Сергей Сергеевич, указывая на ряд стульев у стены кабинета: Можете присесть.
Дама, не спеша, подходит к стульям, берет один, легко переносит его к столу, облокачивается на него… Но не садиться.
Сергей Сергеевич: Садитесь, нетерпеливо, пожалуйста.
Лариса несколько фамильярно: Может быть, господин министр, поможет мне снять плащ?
Сергей Сергеевич чуть раздраженно: Ах, да, конечно.
Снимает плащ и небрежно перекидывает его через спинку одного из стульев стоящих у стены.
Сергей Сергеевич: Итак, я слушаю вас… ммм… гражданка, кажется, Бойкая?
Лариса: Бойко. Лариса. Для вас, господин министр, пока просто Лариса. Только вот плащ стоит повесить на вешалку, а то он запросто может помяться. Садиться на стул, закидывая ногу за ногу, обнажая привлекательные коленки в высоком разрезе длинной юбки. Министр нервно вешает плащ.
Сергей Сергеевич: Давайте ближе к проекту. Это он у вас в папке?
Лариса бархатным голосом: Нет, что Вы. В папке у меня методы демократического убеждения принять мое предложение.
Сергей Сергеевич: Какое предложение?
Лариса: По реконструкции городской площади.
Сергей Сергеевич: Я это уже понял. Что конкретно вы хотите изменить?
Лариса: В центре площади, там, где сейчас фонтан, я хочу поставить мой памятник.
Сергей Сергеевич зловещим шепотом, багровея: Что???
Лариса совершенно спокойно: Мой бронзовый памятник. Достаточно незамысловатый. Не выше трех метров. Такую хрупкую скульптуру работы Шаповалова.
Сергей Сергеевич: Что? Я прошу Вас покинуть мой кабинет. Срываясь на крик. Немедленно.
Лариса: И не подумаю.
Сергей Сергеевич: Сейчас вас выведут! Раздраженно нажимает кнопку громкой связи. Елена Вадимовна!..
Голос секретарши Леночки: Слушаю-сь.
Дама быстро встает и наклоняется к аппарату.
Лариса: Спасибо, Леночка, нам с Сергеем Сергеевичем пока ничего не нужно. Деликатно убирает руку министра с аппарата, снимает шляпу и очки.
Лариса ласково: Не узнаешь, Сер Серыч?
Сергей Сергеевич резко и раздраженно: Что? Кто Вас прислал?
Лариса: Посмотри-ка получше.
Сергей Сергеевич вглядывается: Ммм… Лариса?
Лариса: Естественно, Лариса. Это сказала даже твоя секретарша.
Сергей Сергеевич вальяжно: Сколько лет, сколько зим. Прости, детка, что сразу не признал. Эта эффектная шляпа, темные очки, плащ…
Лариса: Не всегда же быть провинциалкой.
Сергей Сергеевич: Ты так переменилась. Стала совсем зрелой женщиной. И, конечно, очень эффектной. Я просто немного в напряжении. К сожалению, не сексуальном. Смеется. Но твой приход… Может, чай? Кофе? Потанцуем?
Лариса строго: Некогда мне чаи гонять. Я пришла поговорить насчет моего памятника на центральной площади.
Сергей Сергеевич вальяжно, посмеиваясь: Уморила, дорогуша! У тебя всегда было хорошее чувство юмора. А я уж было подумал, что какая-то сумасшедшая ворвалась ко мне в кабинет.
Лариса: Я не шучу.
Сергей Сергеевич: Та-а-ак, детка. Мне крайне не понравилась твоя шутка. Ясно?
Лариса: Что же тут не ясного.
Сергей Сергеевич: Ты выбрала очень неудачный момент, чтобы напомнить о своем существовании. Я не расположен сегодня к эротическим беседам.
Лариса: Взаимно. Я пришла по делу.
Сергей Сергеевич: Тогда говори четко, проси мало, уходи быстро! Поняла?
Лариса: Я хочу видеть мой бронзовый памятник на центральной площади.
Сергей Сергеевич: Гастроли затянулись! Шутка стара.
Лариса: Сергуня, это не шутка.
Сергей Сергеевич: Та-а-а-ак. И с чего ты решила, что я могу тебе в этом помочь?
Лариса: Потому что ты – министр архитектуры и градостроения нашего государства.
Сергей Сергеевич: И?
Лариса: И еще ты спал со мной.
Сергей Сергеевич: Боже, мало ли с кем я спал! Где только не голливудил!
Лариса: Нет, ты не просто спал со мной, ты шесть лет водил меня за нос, унижал, обманывал.
Сергей Сергеевич, отмахиваясь: Что ты завелась?
Лариса: Нервная, как обычно.
Сергей Сергеевич: Вот именно. Успокойся. Вспомни «Отче наш» и домой с песнями. Заметано?
Лариса: Ничего не заметано! Лучше я  вспомню все праздники и выходные, проведенные в слезах, когда я ждала тебя. А ты был в семье!..
Сергей Сергеевич: Э-э-э, да ты сегодня просто с цепи сорвалась!
Лариса:…А потом снова и снова вел меня на аборт, обещал бросить свою мымру и жениться на мне буквально «в следующем месяце».
Сергей Сергеевич: Ха, да это обещают все мальчишки, начиная с десятого класса. Неужели хотя бы одна дура на свете верит таким обещаниям в койке?
Лариса: Я верила.
Сергей Сергеевич: Твоя проблема, детка.
Лариса: Теперь уже и твоя.
Сергей Сергеевич: Ты что пообещаешь мне бросить своего козла и нагло обманешь?
Лариса раздраженно: Не смешно!
Сергей Сергеевич: Так ты до сих пор не замужем? За десять лет никого не смогла охомутать?
Лариса хмуро: Не имеет отношения к делу.
Сергей Сергеевич: Еще как имеет. Без мужчины бабы стервенеют. На себе не чувствуешь?
Лариса ехидно: Ты переменился, Сергуня. А ведь раньше любил, когда я тебя плеточкой похлестывала, памперсы надевала, в угол на горох ставила…
Сергей Сергеевич: Что ты несешь, дура?!
Лариса:  Дура не дура, а все прекрасно помню. И очень хочу за свое молчание аккуратненький памятник  на площади.
Сергей Сергеевич, чеканя слова: Я его поставлю. На твоей могиле. Завтра же.
Лариса: Не кипятись, Сер Серыч, не выводи меня из себя.
Сергей Сергеевич: Послушай, меня все это, блять, немного напрягает.
Лариса: Я не блядь. Не надо оскорблять.
Сергей Сергеевич: Так, детка, когда я посажу тебя за проституцию, ты вспомнишь свои гастроли в этом кабинете.
Лариса: Сядем вместе, дорогой.
Сергей Сергеевич насмешливо: А я-то за что?
Лариса: Да уж за что министра посадить всегда найдется. А как мужика я бы еще посадила тебя за проституцию в семье. За жизнь с нелюбимой, за брак по расчету, ради политической карьеры.
Сергей Сергеевич: Что ты знаешь о моей жизни?
Лариса: Порядком. И мечтаю поделиться информацией с папарацци или твоей женой. С кого начать?
Сергей Сергеевич: Ты же роешь себе яму, дурочка! Кто тебе поверит? Да я выступлю на первом канале и скажу, что ты оппозиционная подстилка, получаешь деньги с запада за клевету. Тебя сразу под белы рученьки и посодют.
Лариса: Уже испугалась!
Сергей Сергеевич: Терпеть ненавижу, когда баба со мной таким тоном разговаривает!
Лариса: Потерпишь, дорогой!
Сергей Сергеевич раздраженно: Сейчас тебя выведут из кабинета, детка.
Лариса: Кажется, по-хорошему ты не понимаешь. Придется прибегнуть к методам демократического убеждения. Достает из сумочки фотографии.
Сергей Сергеевич: Что?
Лариса: Это фото. Машет стопочкой перед носом.
Сергей Сергеевич: Ну, и что?
Лариса ехидно: Не тормози – сникерсни!
Сергей Сергеевич, багровея от возмущения: Что?
Лариса торжествующе: Сейчас я покажу тебе их получше. Начинает бросать на стол фотографии, которые достала из сумочки.
Сергей Сергеевич: Гнусный монтаж!
Лариса: Ага. Попробуй доказать журналюгам и конкурентам, что это фотомонтаж. Указывая на снимки. Ты в шапочке плейбойского зайца.  А вот в баньке девчонок «паришь». А вот те самые памперсы на тебе. Гигантский размер! А вот моя лялечка в бабу переоделась. Как тебе идут эти стринги и паричок! Просто бусечка, ммм!
Сергей Сергеевич хватает фотографии, нервно вглядывается, начинает их остервенело рвать.
Лариса: Давай, давай, Сергуня! Я еще напечатаю. Бумага все стерпит.
Сергей Сергеевич: Откуда это у тебя?
Лариса: Не суетись так, Сер Серыч. Это я стоп-кадры  видеозаписи распечатала. У меня пленочек с тобой цельная коллекция! Скрытая камера поработала.
Сергей Сергеевич брезгливо: Извращенка!
Лариса: О, да! Кто бы говорил. Я просто предусмотрительная. Все в хозяйстве пригодится, даже Ваши ягодицы.
Сергей Сергеевич, разглядывает снимки: Как тебе в голову пришло такое снимать?
Лариса: Просто. Я собиралась отснять с десяток таких пленок и прислать их твоей жене. Видео или фото, все равно. А уж Ирка твоя таких гастролей бы не стерпела. Она – баба избалованная, генеральская дочка, вмиг бы тебя из дома поперла. И куда бы ты делся, Сергуня? Приполз бы ко мне, как миленький.  А как, как по-другому я могла заполучить тебя?
Сергей Сергеевич: Ну, и почему же не прислала?
Лариса: Потому что любила, потому что верила, а ты все божился переехать ко мне «со дня на день», потому что не хотела грязно…
Сергей Сергеевич: Но ведь потом я тебя бросил? Могла бы тогда…
Лариса: Могла бы… Но вначале просто не сумела осознать, что это навсегда. Думала, как же? Сергуня же не может жить без нас – меня и забавной, доверчивой Сгущенки.
Сергей Сергеевич: Да, по этой дворняге я скучал… Смешная такая собака, фестивальная… Здорово мы с ней корефанились.  А сладкое обожала! До сих пор сгущенку трущит?
Лариса: В собачьем раю.
Сергей Сергеевич: В смысле?
Лариса: Умерла Сгущенка.
Сергей Сергеевич: Мда… Не сберегла ты, Лариса, мой подарок. Хорошая была псина.
Лариса: Псина! Это тебе она — псина и подарок. А мне – единственное дорогое на свете существо. По-настоящему родное… У меня теперь, считай, никого из близких и не осталось.
Сергей Сергеевич: И ты решила заполучить меня через эти снимки и видеозаписи?
Лариса: Я решила заполучить памятник.
Сергей Сергеевич: Ну-ну, а пленки-то где? Где видеозаписи? Я должен их видеть!
Лариса: А фотографий недостаточно?
Сергей Сергеевич: Если записи есть, мне нужно их видеть! Где они?
Лариса: Вот тебе на память кассетка. бросает на стол видеокассету. Копия, конечно. Оригинал надежно припрятан.
Сергей Сергеевич: Где он? Говори!
Лариса: Сейчас я все расскажу тебе, Сер Серыч. И даже ключ дам от квартиры, где пленки лежат… Ты что меня, правда, за дуру держишь? Или ты до сих пор думаешь, что женщина – это игрушка, которая одевается, болтает и раздевается? Господин министр… не будь так наивен. Пленочки в надежном месте. И если ты попытаешься сделать мне больно, они сразу попадут в нужные руки – и на телевидение, и в газеты.  Я об этом позаботилась. Женщина – слабое, беззащитное существо, от которого невозможно спастись.
Сергей Сергеевич, осознавая суть происходящего: Ты пришла унизить меня!
Лариса весело:  До-га-дался!
Сергей Сергеевич: И отомстить!
Лариса: И отомстить!
Сергей Сергеевич: Но почему, почему ты ждала именно десять лет?
Лариса: Потому что месть – блюдо, которое подают холодным. Потому что я стала холодной.
Сергей Сергеевич: А раньше?
Лариса: Раньше со мной была Сгущенка. И я все еще верила в чудо…
Сергей Сергеевич: Хорошо! Торгуйся. Чего ты хочешь за эти записи?
Лариса: Торговаться будешь ты. Я уже все сказала.
Сергей Сергеевич: И?..
Лариса:  Па-мят-ник.
Сергей Сергеевич, чеканя слова: Лара, я больше не намерен шутить. Говорю вполне серьезно. Ты понимаешь, что я влиятельный человек и многое могу для тебя сделать, если ты захочешь быть умницей.
Включается громкая связь.
Голос секретарши Леночки: Сергей Сергеевич, к Вам очередной посетитель.
Сергей Сергеевич: Леночка, отмените посетителей на сегодня. И прошу пока МЕНЯ НЕ БЕСПОКОИТЬ. Вам ясно?
Голос секретарши Леночки: Извините, Сергей Сергеевич.
Сергей Сергеевич: Так. Еще. Иван Ильич не объявлялся?
Голос секретарши Леночки: Никак нет.
Сергей Сергеевич: Что насчет совещания у Главного?
Голос секретарши Леночки: Все по-прежнему.
Сергей Сергеевич: Так. Если позвонит Иван Ильич, соедини-те. И Главный, само собой.
Голос секретарши Леночки: Поняла, Сергей Сергеевич. Вам нужен кофе?
Сергей Сергеевич: Я же сказал, пока МЕНЯ НЕ БЕСПОКОИТЬ.
Голос секретарши Леночки: Извините, Сергей Сергеевич. Испаряюсь.
Лариса: Она твоя любовница?
Сергей Сергеевич: До сих пор ревнуешь?
Лариса: Нет, жалею…
Сергей Сергеевич: О чем?
Лариса: Ни о чем, а кого?
Сергей Сергеевич: Меня?
Лариса: Не тебя, а ее – глупую девочку. Но мы сейчас не об этом, Сер Серыч…
Сергей Сергеевич: Лариса!
Лариса: Что, Лариса?  Я уже тридцать пять лет Лариса.
Сергей Сергеевич: Лара, десять лет назад, я ушел… и, наверное, сделал тебе больно.
Лариса: Во-первых, ты не ушел, а бросил меня, во-вторых, и десять, и двенадцать, и шестнадцать лет назад мне было больно с тобой.
Сергей Сергеевич: Неправда. Нам было очень хорошо вместе. У нас были такие фестивали! Такие гастроли, детка! Как мы голливудили! Неужели тебе нечего вспомнить?
Лариса: Как же! Сто двадцать восемь прыжков. Без парашюта. Со второго этажа. В нижнем белье. Когда твоя жена неожиданно возвращалась. Нет, я не десантник. Я — профессиональная любовница.
Сергей Сергеевич: Господи, это было всего несколько раз!
Лариса: Да уж. Это было всего несколько переломов. А раз – предостаточно.
Сергей Сергеевич: И это все, что было между нами за шесть прекрасных лет?
Лариса: Почему же? Еще воспаление легких, когда я простояла в одном лифчике зимой на твоем балконе минут сорок, пока ты ублажал супружницу. Тот еще фестиваль! Такая вот гастроль!
Сергей Сергеевич: Ты злопамятна! Друзья мне всегда говорили не пускать тебя в сердце. А ведь я любил! Вложил в тебя всю душу, и вот – оказался обманутым вкладчиком…
Лариса: Просто мексиканский сериал! Какие сопли! Вложил, достал, при необходимости повторил. Саркастично Умру от нежности!
Сергей Сергеевич: Ты неблагодарна! Ведь это я вытащил тебя из нищеты, из провинции… А зря…
Лариса: Конечно, зря… Мужчина с будущим должен бояться женщин с прошлым.
Сергей Сергеевич: Помнишь, когда ты дважды провалилась на свой чертов журфак, именно я пристроил тебя на телевидение? Можно сказать, я из тебя оператора вылепил. Вот откуда в тебе эта страсть к скрытой камере!
Лариса: Спасибо, Серыч.
Сергей Сергеевич: Я содержал тебя, а сколько раз помог найти работу.
Лариса: Работу продажной девки! Аппаратной шлюхи. Ты сам меня так называл!
Сергей Сергеевич: Кто старое помянет, тому глаз вон.
Лариса: Вот именно. И глаз бы тебе вырвала, и член.
Сергей Сергеевич: За что, Лара?
Лариса: За то, что ты подкладывал меня под своих больших и маленьких начальников, и по моей груди взбирался все выше и выше к власти.
Сергей Сергеевич: Ты тоже могла устроиться и жила бы сейчас в шоколаде. Ведь все при тебе было:  и молодость, и красота. Но, видимо, ума не хватило. Или цепкости? Где ты, детка, не доюлила, не докрутила задом? Где?
Лариса: Я любила тебя. И быть хотела только с тобой! Но ты стал важным чиновником, а я начала стареть. Мои активы упали в цене.
Сергей Сергеевич: Милая, перестань, ты еще в самом соку и прекрасно выглядишь!
Лариса: Да, только теперь я трачу на это в два раза больше времени и денег.
Сергей Сергеевич, несколько успокоившись: Понятно, значит, тебе нужны деньги. Лариса: Сколько?
Лариса: Ты плохо меня понял, мне нужен памятник.
Сергей Сергеевич: Что за блажь? Какой от него прок?
Лариса со слезами на глазах: Я хочу, чтобы мама мною гордилась.
Сергей Сергеевич: Ты издеваешься надо мной?
Лариса: Нет.  Я, правда, хочу, чтобы мама восхищенно сказала соседкам: «Моей дочке в столице памятник поставили». Пусть обалдевшие старухи подавятся сплетнями. А мамка приедет в гости и будет фотографироваться на площади у памятника. Я старушку свою на камеру сниму…
Сергей Сергеевич ехидно: А мамочка еще не умерла случайно? Ведь близких-то у тебя, считай, не осталось…
Лариса: Как ты смеешь, подонок!
Сергей Сергеевич устало: Лара, это не смешно. Я могу купить для тебя квартиру или помочь организовать собственный бизнес. Хочешь туристическую компанию? Ты сможешь хоть каждый месяц летать к морю. Помнишь, как ты расстраивалась, когда я уезжал в отпуск с женой, а тебе приходилось ждать меня, считая дни?
Лариса: Я все помню. И поэтому хочу памятник.
Сергей Сергеевич: Перестань меня изводить, иначе останешься ни с чем.
Лариса: Ты тоже.
Сергей Сергеевич: Хорошо. Пусть это будет памятник. Памятник женщине-матери. А этот твой Шаповалов будет лепить его с тебя.
Лариса: Ты – мразь! Какая из меня мать?! После шести абортов от тебя я не смогу родить даже крысу! Какая мать? Я хочу, чтобы это был МОЙ ПАМЯТНИК. А на постаменте было написано «Лариса Бойко – любимая женщина министра Голошеева».
Сергей Сергеевич: Лара, давай поговорим, как взрослые люди. Ты понимаешь, что это невозможно? Этого никто не допустит! А Главный, возводя глаза к потолку, за такую выходку просто вырвет из-под меня это кресло, и тогда я уже ничем не смогу тебе помочь. А сейчас – только выбирай – деньги, бизнес, фестивали… Хочешь, я даже сделаю тебя моей секретаршей?
Лариса гомерически смеется, кружится по кабинету и поет, подражая голосу Земфиры:
хочешь сладких апельсинов?
хочешь вслух рассказов длинных?
хочешь, я взорву все звезды,
что мешают спать?
Сергей Сергеевич: Лариса, тебе нужно успокоиться и обдумать мое предложение. Давай, сегодня ты пойдешь домой и все взвесишь.
Лариса: Что взвешу? Героин, апельсины или мою боль?
Сергей Сергеевич: Без патетики! Ты успокоишься, полежишь в ванне, а завтра я тебе позвоню… Хорошо? Какой у тебя телефон?
Лариса: Зеленый.
Сергей Сергеевич, сдерживая раздражение: А номер?
Лариса: Поищи в телефонной книге.
Сергей Сергеевич: Лара, так мы ни о чем не договоримся.
Лариса: Я не договариваться сюда пришла, а выставить свои условия. Меняю видеозаписи на памятник.
Сергей Сергеевич: Ты научилась быть жесткой, даже жестокой.
Лариса: Хорошие учителя были.
Сергей Сергеевич: По-моему, ты их превзошла.
Лариса: Ближе к теме. Не лей из пустого в порожнее.
Сергей Сергеевич: Я не могу поставить тебе памятник сегодня. Нужно подготовить проект, созвать главного архитектора, директора гражданпроекта, поговорить со скульптором, в конце концов. Потом нужно подать проект на подпись к президенту. Это займет несколько месяцев в лучшем случае. Ты же не можешь поселиться в моем кабинете на все это время? Тебе нужно идти домой, а мне подумать, под каким соусом подать это Главному, чтобы все было в шоколаде.
Лариса: Нет, Сергуня! Боюсь, я даже не успею дойти до дома, как какая-нибудь машина собьет меня или кирпич упадет мне на голову с крыши.
Сергей Сергеевич, деланно возмущаясь: В чем ты меня подозреваешь?
Лариса: В отваге, Серыч. Думаю, ты отважный мужчина, способный организовать преступление.
Сергей Сергеевич: Тогда зачем ты пришла сюда? Или думала, тебе сегодня поставят памятник?
Лариса: Нет, сегодня ты просто созовешь на экстренное совещание главного архитектора города, директора гражданпроекта, скульптора…  А твоя умненькая секретарша быстро напечатает приказ о внеплановой реконструкции центральной площади. Копию этого приказа я заберу с собой. И напоминаю тебе, что если со мной что-нибудь случиться, то видеозаписи немедленно окажутся в руках твоих конкурентов, завистников и прессы. Думаю, президенту не понравятся твои шалости.
Сергей Сергеевич: А когда же я получу эти записи?
Лариса: Сразу после того, как я перережу красную ленточку в день открытия памятника.
Сергей Сергеевич: Лариса, ты своей глупой блажью лишаешь себя очень многого… берет в руку ее ладошку, начинает покрывать поцелуями. Лариса гримасничает, но не отнимает руки. Хочешь, мы снова будем вместе и забудем эту историю про памятник, как дурной сон? А ведь я могу любить тебя по-прежнему? …начинает обнимать, пытается прижать Ларису, словить ее губы и поцеловать. Она отворачивается, вырывается и корчит брезгливую гримасу.
Лариса: По-прежнему? Увольте! Я думала, что за десять лет ты хоть чему-нибудь научился.
Сергей Сергеевич: Конечно, научился! Я знаю, как сделать женщине приятное. Достает чековую книжку.
Лариса: Тогда умри. Резко отталкивает его от себя.
Сергей Сергеевич: Детка! Отрывает чек и расписывается на нем. Здесь моя подпись. Сумму можешь проставить сама. В разумных, конечно, пределах.
Лариса: Мне не нужны дешевые подношения.
Сергей Сергеевич: Лара, а ведь все эти годы я, правда, мечтал только о тебе. Твое тело – такой желанный храм!
Лариса: Увы, сегодня службы не проводятся.
Сергей Сергеевич: Лара! Я отдам тебе ВСЕ!
Лариса: Отлично! Начнем с памятника. Закончим банковским счетом. Где там твой чек?
Сергей Сергеевич багровеет.
Сергей Сергеевич: Стерва! Тебе доставляет удовольствие делать из меня дурака?
Лариса: В качестве дурака ты выглядишь гораздо лучше, чем в качестве любовника!
Сергей Сергеевич, буквально со слезами на глазах: За что? За что ты со мной так?
Лариса:  За просто так, милый! Я ведь – стерва. Помнишь, как ты говорил мне, что у женщины всего три обязанности: быть красивой, хорошо одеваться и никогда не перечить. Не перечить я разучилась!
Сергей Сергеевич: Да не я это сказал, а Моэм.
Лариса: Тогда ему повезло, что он умер еще до моего рождения. А то бы я нашла силы поквитаться и с ним.
Сергей Сергеевич: Женщина не может быть такой агрессивной!
Лариса: Не может! Но я очень стараюсь. Кажется, получается. Давай пошевеливайся, созывай совещание.
Сергей Сергеевич: Его невозможно созвать сейчас.
Лариса: Все возможно. Оно экстренное.
Сергей Сергеевич: Лара, теоретически я мог бы даже развестись с женой и… мы могли бы жить вместе, в общем-то, даже в официальном браке. Ты ведь этого всегда хотела, правда? Снимает с пальца обручальное кольцо, пытается надеть его на безымянный палец Ларисы. Вот, возьми мое обручальное кольцо. Пусть оно станет твоим. И я стану твоим. Веришь? Езжай домой. Я приеду к тебе сегодня вечером, и мы устроим такой Голлливуд… Хочешь? Все еще хочешь быть моей?
Лариса снова начинает петь:
хочешь в море с парусами?
хочешь музык новых самых?
хочешь, я убью соседей,
что мешают спать?
хочешь солнце вместо лампы?
хочешь за окошком Альпы?
хочешь, я отдам все песни,
про тебя отдам все песни?
Сергей Сергеевич становится на одно колено перед Ларисой, картинно протягивает к ней руки, ноет: Девочка моя, я чертовски виноват перед тобой. Я мучил тебя шесть кошмарных лет. Но я любил. Правда! Это сложно понять, просто мир так непросто устроен. Я не мог иначе. Ну, представь, что тогда шестнадцать лет назад я бы развелся с Ирой ради тебя. Кем я был? Простой клерк в конструкторском бюро. У меня не было ничего.
Лариса: Квартира, машина, дача…
Сергей Сергеевич: Все это мне дали Иркины родители. И все это они бы отняли у меня, у нас, если бы я решился тогда. А сейчас, сейчас совсем другое дело. Я министр, вполне влиятельный человек.
Лариса: И?
Сергей Сергеевич, встает на ноги: Сейчас пришла ты, и так легко своим дурацким памятником хочешь разрушить все то, что я строил почти двадцать лет. Это же глупо!
Лариса: А что ты предлагаешь?
Сергей Сергеевич: Я могу озолотить тебя, могу дать тебе положение в обществе, в конце концов, могу отдать тебе себя, если ты, конечно, не побрезгуешь взять.
Лариса, хватаясь за голову: Все ложь, ложь, ложь, ложь. Ты никогда не женишься на мне. А даже если и так, я каждый день буду бояться лечь с тобой в постель, есть  пищу, что нам подадут в ресторане. Ты ведь захочешь убить меня!
Сергей Сергеевич: Я всегда любил тебя, детка!
Лариса: Не верю. Ни одному твоему слову не ве-рю.
Сергей Сергеевич: Но почему, Лара?
Лариса: Потому! Созывай совещание!
Сергей Сергеевич зло: Тебе ведь совершенно не нужен этот чертов памятник.
Лариса: Нет, он не нужен тебе, а мне как раз кстати.
Сергей Сергеевич: Зачем, детка?
Лариса: Я хочу, чтобы моя мама гордилась мной. Смотрела на памятник, гуляла возле него и гордилась.
Сергей Сергеевич: Твоя мать? Помниться, она всегда считала тебя не лучшим образцом дочери. Ты из деревни уехала, мать бросила. И ради чего? Бездетная и безмужняя журналистка. Даже не журналистка, а так… оператор. Что это за работа такая для женщины? Всегда за кадром. Не пойми что! У соседок дочки замуж вышли, детей понарожали, наставницами в школе працуют. А ты? Все наперекосяк! Хоть бы дохторкой стала! Хоть бы вучительницей! Чы замуж? Чы што? Мать никогда тобой не интересовалась, да и понять не могла. Она стеснялась тебя!
Лариса: А теперь не будет. Вот поставят памятник, и все наладится.
Сергей Сергеевич: Что за чушь? Милая, я просто не могу понять, как такая абсурдная мысль пришла к тебе в голову?
Лариса: Если бы ты смог понять, что и почему думает женщина, все равно не поверил бы.
Сергей Сергеевич: Лара, с тобой всегда так было просто – помада, новые туфли, апельсины – и ты уже счастлива. Я понимаю, время идет, меняются запросы. Я предлагаю тебе совершенно реальные вещи. Зачем тебе бронзовый памятник? Ты хочешь славы? Я могу сделать тебя телеведущей, актрисой, даже певицей. Выбирай, детка!
Лариса: Я выбираю памятник! Это мое окончательное решение!
Сергей Сергеевич: Дорогая, окончательное решение женщины никогда не бывает последним.
Лариса: Не время блистать остроумием. Созывай совещание. Прикажи по селектору своей секретарше, чтобы она разыскала всех нужных людей,  а то я начинаю терять терпение.
Созывай совещание. Быстро.
Сергей Сергеевич: А если все-таки нет?
Лариса: Машину уже не остановить. Если через три часа я не дам команду «отбой», курьеры разнесут пленки по указанным мной адресам. Мне нечего бояться. У меня нет ни мужа, которого я могла бы опозорить, ни детей. Моя мать вряд ли удивиться. Подруги только позавидуют моей предусмотрительности. Сама Моника Левински сглотнет слюну от зависти.  Мне нечего терять. А вот тебе…
Сергей Сергеевич: Лара!
Лариса: Поздно.
Сергей Сергеевич из последних сил: Давай вернем все назад.
Лариса: На десять лет назад или на шестнадцать?
Сергей Сергеевич: Как скажешь.
Лариса: Памятник!
Сергей Сергеевич обессиленно: Хорошо. Дрожащей рукой нажимает кнопку громкой связи. Елена Вадимовна, сегодня я назначаю экстренное совещание по вопросу внеплановой реконструкции центральной площади нашей столицы. Безотлагательно нужно найти и вызвать ко мне к шестнадцати часам главного архитектора города Мазько, директора гражданпроекта Плюхова, скульптора…  Как его там?
Лариса:  Шаповалова.
Сергей Сергеевич: Скульптора Шаповалова. В гражданпроекте Вам помогут его разыскать.
Голос секретарши Леночки удивленно: Понятно, Сергей Сергеевич. Записала. В шестнадцать часов?
Сергей Сергеевич: Да. И чтобы без опозданий, оправданий и задержек. Все. Срочно. Без-отла-га-тельно.
Голос секретарши Леночки: Все ясно.
Сергей Сергеевич: И еще…
Голос секретарши Леночки: Да?
Сергей Сергеевич: Напечатайте приказ о внеплановой реконструкции центральной площади, о возведении на месте фонтана памятника…
Лариса: Ларисе Бойко…
Сергей Сергеевич:  Памятника женщине… Женской красоте…
Лариса: Льстец…
Голос секретарши Леночки крайне удивленно, растягивая гласные: Хо-ро-шо.
Сергей Сергеевич:  Сообщи-те, как только всех разыщите.
Голос секретарши Леночки: Конечно, Сергей Сергеевич.
Сергей Сергеевич вытирает пот со лба.
Сергей Сергеевич: Растоптала! Унизила! Довольна?
Лариса грустно: Да, нет, обидно, что самые мои лучшие чувства, всю нежность и любовь я отдала такому червю.
Сергей Сергеевич: Так уйди. Еще не поздно. Уйди и не марайся в этой грязи. Давай прекратим этот спектакль.
Лариса: Не люблю сходить с дистанции на полпути. К тому же при чем тут памятник женской красоте? Это же памятник мне – Ларисе Бойко – такой, какая есть, безо всяких обобщений.
Сергей Сергеевич: Так и будет. Но не мог же я секретарше об этом сказать.
Лариса: Почему же? Ты еще всему народу об этом скажешь. Всей стране.
Сергей Сергеевич: А как такой приказ оформить?
Лариса раздраженно: Не прикидывайся дураком. Так и оформить. Памятник Ларисе Бойко.
Сергей Сергеевич: За что?
Лариса: За вклад, то есть всад, влиз и так далее в дело развития политической вертикали нашего государства.
Сергей Сергеевич: С ума сошла?
Лариса: Ага. В тот день, когда связалась с тобой.
Сергей Сергеевич: Перестань паясничать.
Лариса: Я совершенно серьезно.
Сергей Сергеевич: Вот сейчас соберутся влиятельные значимые в государстве люди. Что я скажу им на этом экстренном совещании?
Лариса: То, что должен, то и скажешь. Я помогу, я же буду рядом. Представишь меня, как героиню проекта и виновницу торжества, а я уж уточню детали.
Сергей Сергеевич испуганно: Нет, ни в коем случае. Я сам все скажу. Ты уж как-нибудь попробуй помолчать.
Лариса: Как-нибудь – это только у тебя получается. А я тебя, Сер Серыч, проконтролирую на этом собраньице. Ты ведь, как чиновник, привык к контролю? Или не очень?
Сергей Сергеевич опускается в кресло, роняет в руки лоб, начинает, всхлипывая, шептать: Лариса, что ты наделала? Ведь как у нас все могло бы быть здорово! Власть, деньги, успех, гастроли, фестивали… Неужели ты не понимаешь, что памятник тебе все равно не поставят? Главный просто снимет меня за такую выходку и тебе тоже не поздоровиться.
Лариса: А мне-то что? Я работаю оператором «Сельского часа» и, между прочим, честным налогоплательщиком являюсь. Ну, предположим, уволят меня за профессиональную несостоятельность, за недобросовестное освещение  крестьянского быта. Пойду свадьбы снимать. А что, весело и деньги платят. Уж меня опустить вам не удастся. Я в своей жизни все пережила – меня пугать нечем. А смерти бояться только дети и выжившие из ума старики. Животными инстинктами я немного страшусь боли, но тело помнит, какой она бывает – эта самая боль. Я знаю ее любую, от зубной до побоев, от боли в печени до боли в душе. Мне нечего терять, Сер Серыч. Даже если я умру, обо мне никто не заплачет. Еще вчера Сгущенка бы повыла, а сегодня никто. Никто не уткнется в мои колени, никто преданно не посмотрит в глаза, никто не лизнет руку. Пролетариату нечего терять, кроме своих цепей. Се ля ви.
Сергей Сергеевич: Ну, что мне перед тобой на колени встать, в глаза преданно смотреть, руку лизнуть? Хочешь? Падает на колени, воздев руки к Ларисе, ползет к ней.
Лариса: Давай, ползи. Только этого мало. Мне бы еще тебя плеточкой отхлестать по старой памяти.
Сергей Сергеевич: Веник есть. Веник. Березовый… подойдет? Ползет за веником
Лариса: Ты, Сергуня, в зубах неси, не отлынивай.
Сергей Сергеевич, берет в зубы веник, продолжает ползти: Отхлестай меня, детка. Насладись! Только давай отменим этот чертов памятник!
Лариса, берет в руки веник: А ты еще полай, полай, Серыч, порычи.
Сергей Сергеевич: Гав-гав-гав, р-р-р-р-р-р-р…
Лариса: Ой, щас воткну тебе веник, да проверну два раза. Как в анекдоте про тещу: сунул ей в рот морковь, а в жопу веник…
Сергей Сергеевич вторит:  …И сказал: этот павлин вам принесет счастье… Помнишь?
Лариса, бросает веник на пол, брезгливо: Вставай, Серыч, не унижайся так. Мне противно на это смотреть. Ты же мужик, в конце концов!
Сергей Сергеевич: Так прекрати же сама мучить меня, прекрати просить невозможное. Обхватывает руками ее лодыжки, целует туфли, ноги.
Лариса: Вставай!
Сергей Сергеевич со слезами на глазах: Нет.
Лариса почти кричит: Вставай!
Сергей Сергеевич умоляюще: Скажи, что ты наигралась. Скажи, что все это просто шутка, фарс, комедия.
Лариса горько: Трагикомедия. Вставай!
Сергей Сергеевич тяжело поднимается с колен: Ты достаточно унизила меня? Довольна?
Лариса опечаленно и серьезно: Нет, мне просто гадко. Я столько раз я видела тебя без трусов, но никогда голым. А вот сегодня впервые увидела тебя голым. Смешно. Голый король — голый министр. Столько лет представляла эту сцену, буквально разыгрывала ее по ролям. Все думала, как ты будешь ползать вокруг меня, унижаться, а я – ликовать, торжествовать, упиваться своей властью.  А сейчас внутри так бесплодно и гадко, как после аборта.
Сергей Сергеевич: Что это значит, Лара?
Лариса решительно: Подавись ты своим министерским портфелем и моим бронзовым памятником. Мне ничего от тебя не надо. Я ухожу. Направляется к двери.
Сергей Сергеевич: А я?
Лариса: Жди. Скоро к тебе с дрожащими коленками на экстренное совещание прибегут шавки. Ори на них, срывай свою злость и беспомощность, прикрывая гениталии министерским портфелем. Будь собой! Не хочу этого видеть.
Сергей Сергеевич: Постой, Лара! А как же видеозаписи? Мне нужны видеозаписи! Мне нужны твердые гарантии…
Лариса: Гарантии чего?
Сергей Сергеевич: Ну, того, что все это, что ты когда-то записала, не попадет в руки к моим врагам и конкурентам.
Лариса: Не попадет.
Сергей Сергеевич: Но, чтобы я был спокоен, я должен лично уничтожить все эти гнусные кассеты.
Лариса: Забудь.
Сергей Сергеевич: Как же я могу забыть о них? Ты сошла с ума? Я теперь не смогу спокойно спать.
Лариса: А кто сказал, что ты заслужил спокойный сон?
Сергей Сергеевич:  Ларочка, ради Бога, отдай мне эти кассеты.
Лариса: Нет.
Сергей Сергеевич: Зачем они тебе, детка? Зачем тебе эта грязь?
Лариса: Нет.
Сергей Сергеевич: Лара!
Лариса: Забудь!
Сергей Сергеевич: Лара! Сколько? Сколько тебе нужно?
Лариса вызывающе: Один!
Сергей Сергеевич обалдевая: Что? Миллион?
Лариса: Нет, памятник!
Сергей Сергеевич: Опять двадцать пять! Лариса, ты же взрослая женщина! Какой к черту памятник?
Лариса: Бронзовый. Работы Шаповалова.
Сергей Сергеевич: Но зачем?
Лариса, упорствуя: Пусть будет.
Сергей Сергеевич: Он тебе не нужен, ты же сама сказала.
Лариса: Не нужен, но пусть будет, раз уж я так решила.
Сергей Сергеевич: Господи! Хорошо, уходи. Я уже забыл про эти кассеты.
Лариса: Что, Серик, очко заиграло? Поверил, что я так просто развернусь и уйду? Я собралась уходить? Шутка. Это была шутка. Я играю с тобой, как кошка с мышкой. Так, как ты играл со мною шесть лет. Нравится? Не за тем я пришла, чтобы уходить. Я сыграю эту партию до конца.
Включается громкая связь.
Голос секретарши Леночки: Сергей Сергеевич, совещание назначено, все найдены, будут вовремя, приказ составлен.
Сергей Сергеевич: Спасибо, молодец.
Лариса: Вышколенная девочка. В министерствах все такие?
Сергей Сергеевич не отвечает. Вид его побитый, выражает полное бессилие и апатию.
Лариса начинает петь:
Эй, моряк, ты слишком долго плавал,
И друзей успел всех позабыть.
Выглядел, как сытый наглый Дъявол,
А теперь пора за все платить…
Ей явно весело.
Сергей Сергеевич не отвечает.
Лариса начинает танцевать, кружиться по кабинету, подбрасывая и рассыпая эротические фотографии по сцене.
Сергей Сергеевич встрепенулся, он начинает ползать за ними, собирая и пряча себе в карманы пиджака и за пазуху снимки: Что ты делаешь? А если кто-нибудь войдет?
Лариса: Леночка прикроет грудью. Она же у тебя верная секретарша.
Сергей Сергеевич: Лариса, откуда в тебе все это?
Лариса: Оттуда. Лариса неопределенно машет рукой. Из детства, из прекрасного далека.
Сергей Сергеевич:  Мда… Если людям приходилось начинать свою жизнь детьми, я не удивляюсь, что они вырастают такими сволочами.
Лариса печально: Ага. Я тоже не удивляюсь.
Включается громкая связь. Голос секретарши Леночки выражает широчайший спектр эмоций, от плохо скрытого ликования, до удивления и растерянности:
Сергей Сергеевич, э-э-э-э, простите, что отрываю, отвлекаю, так сказать…
Сергей Сергеевич: Елена Вадимовна, что за балаган? Нормально формулируйте.
Голос секретарши Леночки: Боюсь, что экстренное совещание придется отменить.
Сергей Сергеевич: Что случилось?
Голос секретарши Леночки: Ко мне тут приказ пришел… Даже не знаю, как сказать…
Сергей Сергеевич взволнованно: Ну…
Голос секретарши Леночки: Просто… Я тут подумала… Может…
Сергей Сергеевич: Что за приказ?
Голос секретарши Леночки: Ой, вот и Главный на линии. Соединяю?
Сергей Сергеевич: Конечно.
Голос Главного: Сергей Сергеевич!
Сергей Сергеевич: Слушаю.
Сергей Сергеевич и Лариса напряглись, жадно ловя интонации и малейшие нотки в голосе Главного.
Хорошо, что застал  на месте и лично сообщу Вам свое решение.
Сергей Сергеевич: Я Вас слушаю, господин Президент.
Голос Главного: Слушать меня раньше надо было. Слушать и выполнять. Короче, я отстраняю Вас от занимаемой должности. Формулировка в приказе. С ним Вас ознакомит секретарь. Он уже подписан.
И… подготовьте дела для передачи. Козлову. Это все.
Сергей Сергеевич: Спасибо, спасибо, что лично, сами, так сказать, снизошли. Я очень был рад вместе работать. Еще раз спасибо.
Обессиленный Сергей Сергеевич кладет трубку, вздыхает,  молча смотрит на Ларису и тяжело оседает на диван, начинает выть. Лариса вопросительно смотрит на него. Проходит несколько минут. Вдруг совершенно неожиданно Сергей Сергеевич заливается задорным веселым немного истеричным смехом. Буквально вскакивает со стула и начинает кружиться по кабинету, танцевать гопак, подхватывает Ларису и танцует вместе с ней, усаживает ее на диван, приносит березовый банный веник, развязывает веревочку, стягивающую прутики и начинает по одному ломать их на глазах у оторопевшей Ларисы.
Сергей Сергеевич: Поняла, детка?
Лариса удивленно: Ты о чем?
Сергей Сергеевич хохоча: Обломился памятник твой, дорогая. Сняли меня, сняли. Поздно пришла. Слишком уж холодным блюдо твое получилось.
Лариса: Какое блюдо?
Сергей Сергеевич прыгает вокруг Ларисы: Блюдо, которое подают холодным. Месть.
Лариса: Ну… а ты? А кто? Вместо тебя… здесь… Как же?
Сергей Сергеевич скачет козлом: Козлова на мое место назначили. Козлова. Может у тебя и на него компромат есть? Может, он любил козлом переодевать и по кровати скакать? Сергей Сергеевич вдруг хватается за сердце и начинает оседать на диван, тяжело дышит, хватает воздух губами, тычет пальцем в портфель. У него сердечный приступ.
Лариса: О, Господи! Сердце? Что? Ну, не молчи же… Где? Что? Валокордин?
Сергей Сергеевич мычит, тычет пальцем в портфель.
Лариса, быстро хватает дрожащими руками портфель Сергея Сергеевича, лихорадочно вытряхивает на пол содержимое, ищет среди бумаг пузырек с лекарством…

КОНЕЦ…

Именно в этом месте можно завершить пьесу открытым финалом и позволить зрителю пустить в ход свое воображение, дофантазировать, что же дальше приключилось с героями. И приключилось ли с ними что-нибудь вообще? Если же такое завершение спектакля не вполне удовлетворяет режиссера, автор предлагает ему два варианта финала для данной постановки. Первый – сентиментально-семейный. Второй – неожиданно-фарсовый.

ИТАК…
Финал №1: сентиментально-семейный (в антракте не нуждается, продолжает сцену, где Лариса лихорадочно ищет лекарство для Сергея Сергеевича)

Лариса, быстро хватает дрожащими руками портфель Сергея Сергеевича, лихорадочно вытряхивает на пол содержимое, находит среди бумаг пузырек с лекарством, капает немного в стакан, заливает водой из кувшина, стоящего на столе, постоянно приговаривает: Щас-щас… приляг… не волнуйся… все хорошо… все позади… щас-щас… один глоточек… Капель-то сколько? сколько капель?
Лариса подносит стакан прямо к губам Сергея Сергеевича, поддерживая рукой его за шею помогает приподняться на диване. Он пьет и опять грузно опускается на диван, прерывисто дышит. Она не находит себе места: Ну, вот, доигрались. Господи… Скорую может?
Сергей Сергеевич отрицательно мотает головой. Проходит несколько минут его лицо чуть розовеет, но все еще выражает муку и смертельную усталость. Он сидит на диване. Лариса опускается перед ним на корточки: Ну, что? Легче? Отпустило.
Сергей Сергеевич утвердительно кивает головой:  Легче…
Лариса берет его за руку: Сереженька, пожалуйста, пойдем домой, ко мне. Все будет хорошо. Пожалуйста… Пойдем домой, дорогой…

ЗАНАВЕС

Финал №2: неожиданно-фарсовый, вполне реальный (в антракте не нуждается, продолжает сцену, где Лариса лихорадочно ищет лекарство для Сергея Сергеевича)

Лариса, быстро хватает дрожащими руками портфель Сергея Сергеевича, лихорадочно вытряхивает на пол содержимое, находит среди бумаг пузырек с лекарство. Вдруг задумчиво поднимается с пола, победоносно разглядывает эликсир жизни, способный спасти Сергея Сергеевича. Министр судорожно протягивает к ней руки. Лариса улыбается, разглядывает пузырек:
Так что, Серыч, и твоя смерть в яйце? А яйцо в утке… А утка улетела за синее-синее море… Кто там, говоришь, на твое местечко теплое нацелился? Козлов? Нет, мне однозначно мастит в этой партии. Ничего еще Козлятушка не знает… Что ручки-то ко мне тянешь? Сергей Сергеевич тяжело дышит, тянет к Ларисе руки, умоляюще смотрит на нее. Что, пузырек нам нужен? Вестимо, друг. Хлипкий ты какой-то оказался на поверку. Без министерского портфеля и жизнь не мила? Ой, беда-беда. А ты, взбодрись, старичок, адреналинчиком, авось полегчает. Смотри, Серыч… Лариса бросает пузырек с лекарством на пол, приподнимает юбку, изящной ножкой в аккуратненькой туфельке наступает на стеклянную бутылочку, давит ее, словно мерзкое насекомое. Под ногой слышен хруст стекла. Ой, смертушку твою раздавили, Сергуня. Неожиданно так, правда ведь?
Сергей Сергеевич, хрипит, рвет ворот рубашки, смертельно бледнеет. Лариса: Страшно? Крепись, мужайся. В аду еще страшнее. А Козлову, ой, не повезло. Мы ему за твое увольнение отомстим. Или я отомщу. Сама. Их есть у меня. Достает из папки стопочку фотографий. Вот уж козликом запрыгает вокруг меня новый министр. Запрыгает, запрыгает. Даже не сомневайся, Сергуня. Сценарий отработан. Сергей Сергеевич постепенно оседает на диване, начинает затихать, умирает.
Лариса: Вот и все, мой хороший. Отмучился. И меня отмучил. Подходит к столу, нажимает кнопку громкой связи. Леночка, скорую. Срочно. У Сергея Сергеича сердечный приступ. Ему плохо. Очень.

ЗАНАВЕС

10 июня — 21 декабря 2004 года.
г.Минск
e-mail автора: gentledi@mail.ru, gentledi@tut.by