Белый ангел с чёрными крыльями

Сценарий полнометражного художественного фильма

Диана Владимировна Балыко

Республика Беларусь
220012  г.Минск
ул. Сурганова, 30-17
т. +375172857463, +375294025691
e-mail: gentledi@mail.ru, gentledi@tut.by

Синопсис
к художественному полнометражному кинофильму
«Белый ангел с чёрными крыльями»

Киносценарий написан по пьесе Дианы Балыко «Белый ангел с черными крыльями»

(психологическая драма с элементами мелодрамы)

ЭТОЙ истории не существовало бы, если бы не было… людей. А пока они есть, то, наверняка, в одном городе живет молодая поэтесса, перипетии судьбы которой (изнасилование в Новогоднюю ночь) привели ее в Центр профилактики СПИДа. Она приходит туда, чтобы сдать анализ на ВИЧ. И ее жизнь превращается в настоящий кошмар тотального одиночества и непонимания, пока она самостоятельно ищет своего насильника и ждет результата и. Первый – положительный. Второй – положительный. Девушка находит своего обидчика, но не может ему отомстить – он «добропорядочный семьянин» с женой и маленькой дочкой. Героиня готова его простить. А в это время доктор в Центре держит в руках бланк с результатом ее анализа. Отрицательный! Доктор спешит ей сообщить об этом. Но не успевает. Насильник жаждет навсегда избавиться от своей жертвы. Он ее убивает. А в это время в квартире девушки собираются все герои кинокартины, чтобы отметить Новый год… Но у каждого человека на этой земле есть ангел-хранитель… Даже если крылья у него чёрные…
Социальная значимость и серьезность поднимаемой автором темы, не помешали создать произведение с захватывающим сюжетом. В пьесе множество внутренних интриг, неожиданных поворотов, искрометных, веселых диалогов.

Главные роли:

Нина Вич – молодая женщина 25-лет.

Белый ангел с черными крыльями – сама Нина

Пашка – бой-френд Нины,  30-ти лет.

Ольга – мать Нины 50-летняя стройная женщина.

Вадим – отчим Нины

Аркадия – сводная сестра Нины, капризный 19-летний слоненок с уменьшительно-ласкательным прозвищем Каша

Бабушка Нины – невероятно молодящаяся старушка приятной наружности

Самойлов – врач, молодой мужчина крайне привлекательной внешности

Анжелика – медсестра

Алексей — насильник

Эпизодические роли:

Прохожий на улице

Главврач

Продавщицы цветов (4)

Покупатель картины

Девушка покупателя картины

Седоусый лысеющий преподаватель музыки

Жена и дочь насильника

Священник

Массовые сцены:
Сцена знакомства — 5 человек (3 хулиганов, Нина, Пашка)

Сцена с продажей картины – 15 человек (пара – покупатель картины и его девушка, Пашка, другие художники, прохожие)

Притон в квартире Нины — 10 человек (5 детей, мать, милиционер, Вадим, Нина)

Сцена в Интернет-кафе – 20 человек (Нина, Пашка, системный администратор, другие пользователи)

Сцена в цветочном павильоне – 15 человек (Пашка, 4 продавщицы, другие покупатели, прохожие)

Сцены в кафе – 15 человек (2 официанта, посетители, Самойлов, Анжелика)

Сцена у женской консультации – 15 человек (Пашка, Нина, случайные прохожие, беременные женщины, девушки, дамы)

Сцена на выставке – 30 человек (банкет, журналисты, Нина, Пашка)

Пробежка в заснеженном парке – 7 человек (бабушка, 4 прохожих, 2 хозяина с собаками)

ЭТОЙ проблемы не существовало бы, если бы не было… людей.
Если вы испытываете страх перед болезнью или смертью; если вы злитесь на себя, других людей или обстоятельства своей жизни; если вас мучает чувство вины и боль потерь, если вам кажется, что вы беспомощны и надежды нет, помните, что эмоции требуют внимания и уважения: вам станет легче, если вы сумеете назвать свое чувство «по имени»…

Сцена 1.

Ночь. Улица. Фонарь. Падает снег… Высотный дом для успешных и благополучных, с оградой, подземными гаражами. Все говорит о материальном достатке людей, живущих в нем. Камера скользит по стене дома, заглядывает в спящие и дремлющие окна дорогих квартир, находит нужное и проникает в него.
Спальня. Дорогая деревянная кровать, воздушное розовое покрывало, множество мелких и средних подушечек разбросано на полу, компьютерный стол, компьютер, стеллажи с книгами, картины на стенах…
На кровати беспокойно спит, мечется, бредит девушка (Нина) с опухшим, зареванным лицом. На подоконнике   сидит девушка-ангел, двойник Нины . Она с грустью смотрит на Нину, но не решается подойти. Звучит песня:
Давно своей судьбой
Обречена
На разговор с тобой
На расстоянье сна
На расстоянье сна
На разговор с тобой
Обречена
Давно своей судьбой
Нина вздрагивает, открывает глаза, садиться на кровати, безо всякого удивления смотрит на ангела: Ты?
Ангел кивает.
Нина: Я ждала.
Ангел: Знаю.
Музыка становится фоновой, но не исчезает.
Ангел, глядя на опухшее лицо Нины: Аллергия?
Нина: Нервы.
Ангел: Больно?
Нина прикасается рукой к груди: Здесь.
Ангел: Страшно?
Нина: Но почему я?
Ангел молчит.
Нина: Почему Я??? Разве я хуже ИХ?
Ангел молчит.
Нина шмыгает носом, протягивает руки к ангелу: Иди ко мне…
Ангел:  Не могу…   Мне пора…
Ангел отворачивается от Нины, крылья постепенно, пёрышко за пёрышком, становятся чёрными…

Сцена 2.

Нина  стоит на улице ночного города. Огни фонарей и домов начинают кружиться – калейдоскоп дискотек, баров, ночных клубов и ночных бабочек. Нина не танцует, она вглядывается в лица работников и посетителей, как будто ищет кого-то, пытается кого-то узнать, встретить… Одно за одним меняются ночные заведения, интерьеры, публика, музыка… Глаза героини блуждают по девочкам легкого поведения, сидящих в мини-юбках и чулках в сеточку за барными стойками, попивающих мартини… Глаза Нины вновь ищут кого-то, пробегают по красиво изгибающимся у шестов стриптизершам. Калейдоскоп греховной, разгульной жизни проходит у нее перед глазами. Нину толкают, пихают: Двигай телом, герла. Вау-вау-вау, это дискач!..

Сцена 3.

Зимнее утро. Вадим едет по городу на машине, включает радио, оттуда доносится какая-то мелодия…

Сцена4.
Вадим представляет пустой осенний парк, золотые клены, он держит Нину за руку, они идут по аллее… Останавливаются, смотрят друг другу в глаза и… сливаются в страстном поцелуе… Вадим видит Нину в своих объятьях.

Сцена 5.

Вадим в машине.
Он расслаблен и рассредоточен. Чуть не врезался во впереди идущий автомобиль. Резко бьет по тормозам:
—Ёпт, твою мать!
Ольга, сидящая на заднем сидении: Ёпт, твою мать!
Вадим: А тещу только вспомни… Вот и оно…

Вдоль дороги, по пустынному тротуару, где лишь несколько случайных пешеходов, делает утреннюю пробежку бабушка Нины. Она в ультроярком спортивном костюме, шапочке веселой расцветки, с накрашенными губами и ресницами.

Ольга в машине, скептически: Мда… Мама в своем репертуаре. Равнодушно отворачивается.

Сцена 6.

День. Пашка с поднятым воротником не очень-то теплой куртки мерзнет на аллее, где художники продают свои работы. Он дует на руки, оглядывается, в поисках заинтересованного клиента. Пашка продает большой портрет Нины в пастельных тонах в большой деревянной раме. На полотне Нина словно соткана из воздуха, а вокруг – облака. В облаках рядом с Ниной кружится ангел с грустными глазами.
Пашка закуривает. К нему подходит парочка — плотный невысокий мужик и модельного вида барышней.
Мужик, небрежно тыкая в портрет: И?
Пашка: Ангел.
Мужик, обращаясь к спутнице: Нравится?
Девушка, ковыряя снег узким носком сапога, неопределенно: Так.
Мужик: Сколько?
Пашка: Пять сотен.
Мужик присвистнул: Ого!
Девушка: А че так дорого?
Пашка: Сложная техника исполнения.
Мужик: А, может, деньги очень нужны?
Девушка, трогая раму: Дубовая?
Пашка: Дубовая…
Мужик снова бросает взгляд на портрет…

Сцена 7.

Словно сошедшая с портрета Нина курит у двухэтажного здания. Шильда – «Центр профилактики СПИДа».

Сцена 8.

Врачебный кабинет в Центре профилактики СПИДа. Стеклянный столик с колбами и одноразовыми шприцами для забора крови. Рабочий стол врача. Плакаты на стенах: СПИД НЕ СПИТ, ЭТА ШТУЧКА ЗАЩИТИТ ОБОИХ (реклама презерватива), НЕ ДУМАЙ, ЧТО ТЕБЯ ЭТО НЕ КОСНЕТСЯ, ШПРИЦ ОДИН НА ВСЕХ – ДЛЯ ВИЧА УСПЕХ, СЛУЧАЙНОСТЕЙ НЕ БЫВАЕТ, Я ЗАРАЗИЛСЯ И ЧЕРЕЗ ВОСЕМЬ МЕСЯЦЕВ УМЕР…
За стеклянным столиком сидит медсестра и красит ногти черным лаком, напевая себе под нос, вторя радио. В дверях нерешительно топчется Нина в белой вязаной шапке покрытой снегом, белом свитере, длиннющем белом шарфе и белых бахилах, надетых поверх сапог.
Медсестра (Анжелика), оценивающе оглядывая девушку с ног до головы: Вот и зима пришла… в белых тапочках.
Нина: Я за результатом…
Анжелика дует на ногти. Продолжает красить на другой руке. Анжелика: Кровь сдавали?
Нина: На ВИЧ.
Анжелика: Ну, тогда Вас с днем СПИДа!
Нина: В смысле?
Анжелика довольна собой: Это шутка такая, местная.
Нина озадаченно: Понятно…
Анжелика: А день СПИДа прошел уже. Первого декабря был. Как фамилия? Дует на ногти.
Нина: Вич.
Анжелика: Ну, ясно, что на ВИЧ.
Нина: Фамилия – Вич.
Анжелика: Сам ВИЧ к нам пожаловал! Милости прошу.
Нина букой смотрит на медсестру. Молчит.
Анжелика: Не надо дуться. Просто смешно. Вы – Вич.
Нина смотрит букой.
Анжелика: Первый раз?
Нина: Что?
Анжелика: Ну, анализ…
Нина: Да, нет… Аборт делала, сдавала уже.
Анжелика: Когда?
Нина: Года полтора назад…
Анжелика: А сейчас? Что побудило сдать?
Нина: Сейчас просто так.
Анжелика: Просто так даже кошки не рожают.
Нина: Ну, был один случай… Один подонок… Одна половая связь… случайная…
Анжелика: Одна? Нина неопределенно пожимает плечами. Как же… Усмехается. Одна – это ерунда. Бывает, пары по три года вместе живут, один болеет, а другому не передается. Иммунитет знаете ли!
Нина: Угу…
Анжелика, изображая из себя доктора: А еще после заражения месяца три – четыре должно пройти, чтобы объективный результат получить. Знаете?
Нина: Прошло уже.
* * *
Входит доктор (Самойлов). Садится за стол: Здравствуйте.
Нина: Здравствуйте…
Анжелика мгновенно стушевалась, засеменила к доктору: Тут Вич… За результатом пришла. Протягивает врачу бланк с результатом анализа. Вот, Олег Саныч. Присаживается за лаборантский столик. Убирает лак для ногтей, маникюрный набор, начинает невинно перебирать пробирки.
Самойлов разглядывает бланк: Вич, Нина Ивановна Вич. Интересно. Присвистнул. И как люди реагируют?
Нина зло: Никак.
Самойлов: Думают, это их не коснется?
Нина: Просто не думают.
Самойлов: Философски. Крутит бумажку в руках.
Нина: Какой результат?
Самойлов: Сидите спокойно. А результат у Вас положительный.
Нина шепотом, словно внезапно охрипла: СПИД?
Самойлов: Во-первых, не СПИД, а ВИЧ.
Анжелика: Ну, вы же Вич. Смеется. Напевает: И никуда, никуда нам не деться от этого…
Нина морщится.
Самойлов, обрывая медсестру: Это только первый результат. Так часто бывает. Может быть реакция на беременность, прием антибиотиков, воспалительный процесс.
Нина: У меня зуб болит…
Самойлов: Боюсь, одного зуба недостаточно…
Анжелика: А Вы часом не беременны?
Нина: Нет. Но я литературу посмотрела. У меня некоторые признаки… есть.
Анжелика: Например?
Нина: Герпес, температура, потеря веса, лимфоузлы…
Самойлов: Ничего. Будем перепроверять.
Нина: Результаты когда?
Анжелика: Сейчас доктор скажет. Что ж Вы такая нетерпеливая?
Самойлов властным тоном: Анжелика, будьте любезны, отнесите эти карточки в регистратуру. Протягивает стопочку.
Медсестра обиженно хмуриться, молча берет стопку карточек, покачивая бедрами, выходит из кабинета.

Сцена 9.

Анжелика, цокая каблучками, стремительно спускается по лестнице, весело напевая. Она чуть не налетает на главврача, который поднимается вверх.
Главврач, пузом прижимая Анжелику к стене: Куда несется знойная женщина?
Анжелика с придыханием: Альберт Петрович!
Главврач щипает медсестру за упитанную попку: У-у-у-у, аппетитная моя.
Анжелика с деланным возмущением: Альберт Петрович!
Тем не менее, она отстраняется, отталкивает его руку и шествует дальше вниз по лестнице. Главврач масляным взором провожает Анжелику.

Сцена 10.

Врачебный кабинет в Центре профилактики СПИДа. Доктор заканчивает осмотр Нины. Прощупывает лимфоузлы на шее.
Самойлов: Выводы делать рано. За результатами приходите во вторник. И помните, что пока вы здоровы. Радуйтесь жизни, ибо мертвой будете долго.
Нина: Что за шутки?
Самойлов: Если бы шутки, милая барышня… И… про факт тестирования пока никому не говорите… В социальном плане не очень-то приятная болезнь.

Сцена 11.

В пустом концертном зале сидит Ольга, смотрит на сцену, где Аркадия увлеченно пилит на скрипке. Ей аккомпанирует за роялем седоусый лысеющий преподаватель.

Сцена 12.

День. Нина бредет по городу и словно впервые в жизни видит этот кружащийся снег, прохожих, дома, машины… Может быть, она прощается? Впереди (или ей только кажется?) — Пашка.
Нина догоняет прохожего, трогает за плечо: Пашка?
Прохожий оборачивается.
Нина разочарованно: Простите.

Сцена 13.
А в это время Пашка заворачивает портрет Нины, пересчитывает деньги…

Сцена 14.
Нина идет по улице, вспоминает.

Сцена 15.
Летний вечер, пустынная улица, трое парней тащат ее в легком платьице с большим V-образным вырезом за киоски. Один подталкивает девушку ножом, второй тянет за сумочку, третий контролирует успех операции: Ну, что, сестренка, попалась?
Нина, как заклинание, растерянно шепчет: Извините, пустите, я тороплюсь…
Зритель слышит сумасшедшие, сбивчивые удары Нининого сердца. Вдруг неожиданно, как ветер, налетает молодой мужчина в потертых джинсах, обтягивающей тенниске. Это Пашка: А я братишка! Ребя, сюда-а-а! Нашу девчонку обижают! Он орет, призывно машет рукой несуществующим приятелям, хватает оторопевшую Нину и, они стремительно уносятся за угол, долго бегут по улице, выбившись из сил, замирают, прячась в тесном проеме между гаражами, тяжело дышат, смотрят в глаза друг другу. Пашка чуть прикрывает веки, вытягивает губы для поцелуя, проходит 90 % пути, замирает… оставшиеся 10% проходит Нина с закрытыми глазами… Они сливаются в первом поцелуе…

Сцена 16.

Нина заходит в церковь. Витражи, иконы, свечи, позолота, много прихожан… Нина ставит свечку перед иконой Николая-угодника. Слышит проповедь священника: Всему свое время, и время всякой вещи под небом: время рождаться и время умирать; время разбрасывать, и время собирать камни; время обнимать, и время уклоняться от объятий; время искать, и время терять; время молчать, и время говорить…
Нина в замешательстве. Ей кажется, что слова относятся только к ней…
К Нине подходит старушка и начинает шепелявить: Грешница-безбожница, в храм пришла в брюках с головой непокрытой. У-у-у, дьявольское отродье.
Нина: Простите-простите… Быстро уходит.

Сцена 17.

Нина прямо из церкви быстро направляется в ночной клуб, который находится рядом. Музыка гремит. Но Нина  не танцует. Она кого-то ищет. К ней подходит охранник: — Девушка, Ваш входной билет!
Нина: — Я  не на дискотеку. Я сейчас…
Она напряжённо рассматривает посетителей. Останавливается взглядом на каком-то полном мужчине южного происхождения. Он сидит за столиком, курит и самодовольно улыбается. Нина поворачивается, чтобы уйти. Мужчина делает знак охраннику. Тот останавливает Нину: — Девушка, минуточку…
Нина: — В чём дело?
Охранник: — Подождите.
Подошедший мужчина: — (Охраннику) Спасибо, дорогой… (Нине) Девушка, не хотите потанцевать?
Мужчина довольно смело обнимает её за бёдра.
Нина: — Хочу!
Нина стремительно проходит в зал, где народ только начинает  веселиться. Нина танцует в центре зала… Она так танцует, что все остановились и смотрят на неё! Правда,  танцем это назвать сложно. Это скорее похоже на предсмертную агонию.
Смелый мужчина стоит с отвисшей челюстью.
Музыка закончилась. Нина решительно выходит из зала.

Сцена 18.

Нина бежит по заснеженной улице Минска. Лицо залепил снег. Она ничего не видит. Она плачет навзрыд. Прохожие расступаются, пропуская сумасшедшую девушку. Машины сигналят, светофоры мигают… Всё сливается в один водоворот огней…

Сцена 19.

Кабинет в Центре профилактики СПИДа.
Анжелика произносит: Перерыв! Закрывает дверь, оставляя ключ в замке, подходит близко к Самойлову, смотрит в глаза, тянет губы для поцелуя.
Самойлов: Детка, ты заставишь меня сменить ориентацию…
Анжелика садится к нему на колени: Может я этого и хочу. Всегда была идея доказать гею прелесть гетеросексуальных отношений.
Самойлов: Ну, попробуй.
Анжелика запускает пальцы в его шевелюру.
Самойлов поет: Районы, кварталы, жилые массивы…
Я ухожу, ухожу в пассивы…
Анжелика не реагирует.
Самойлов: Перестань. Ты же знаешь, у меня есть парень…
Анжелика: Один раз не пидорас.
Самойлов: Вау! Я ему сегодня расскажу. Смеется.
Анжелика: Самойлов, ты такая буська. Встает с колен. Как ты можешь с мужиками?
Самойлов: А ты?
Анжелика гордо: Я женщина.
Самойлов: А я мужчина. Зачем ограничивать свое счастье дурацкими предрассудками по половому признаку?
Анжелика: Ты же был женат!
Самойлов: Зато сейчас разведен!
Анжелика: Но ты же был с женщиной… И сегодня пялился на девчонку!
Самойлов: Да мы просто столкнулись нос к носу.
Анжелика: А мне-то что делать?
Самойлов: Веселиться. Ты – красивая женщина. Неужели у тебя никого нет?
Анжелика: Я хочу тебя.
Самойлов: Если решу сменить ориентацию, сразу позвоню.
Анжелика игриво, чуть обиженно: А через сколько месяцев это может случиться?
Самойлов начинает загибать пальцы на руке: Январь, февраль, март… Где-то в сентябре. У меня всегда в сентябре роман гетеросексуальный. Такая традиция. Постмодернистская.
Анжелика: А с этой пациенткой, что глазами пожирал, хотел бы продлить традицию? Или спидоносов боишься?
Самойлов: Не боюсь. У меня был партнер ВИЧ-положительный. Полгода.
Анжелика: Наркоман?
Самойлов: Физик-ядерщик. Вполне приличный мужик. Из благополучных. При карьере и бабках.
Анжелика: И что? Предохранялись? Гандончиком?
Самойлов: В том-то и дело, что нет. Просто повезло. Я когда узнал про его диагноз, чуть с ума не сошел. Кровь, как положено, сдавал год. Каждые три месяца. Возьмут целый шприц на недельную обработку, а я на такси и в лабу, где за час платно делают. Весь час сидел в тараканной забегаловке напротив и глушил виски из горла. Каждый раз, пока результата ждал, хотел повеситься.
Анжелика: Веревку мылил?
Самойлов: Не дошло. Каждый раз успевал за результатом. Когда в последний раз узнал, что отрицательный, купил бутылку водки и пошел домой.
Анжелика: Дошел?

Сцена 20.

Самойлов стоит на островке безопасности в чаду гудящих машин и пьет из горла бутылку водки.

Сцена 21.

Поздний вечер.   Однокомнатная квартира бабушки Нины обставлена старомодной почти развалившейся мебелью. Старушка, напомаженная, модно одетая, явно молодящаяся, с аппетитом откупоривает бутылочку водочки, наливает стопочку, подносит ко рту… Звонок в дверь. Старушка бодренько заливает содержимое в себя, прячет бутылку под стол,  идет открывать.
Бабушка: Ну, заходи, деточка. Раздевайся. Что скажешь?
Нина, раздеваясь: Ба, мне плохо.
Бабушка: Всем плохо. Мне, думаешь, хорошо?
Нина: Ба, мне пло-о-о-охо…
Бабушка: Хочешь чаю?
Нина: Неа.
Бабушка: А чего хочешь?
Нина: Чуда.
Бабушка: Скоро твой день рожденья – вот и первое чудо. Потом Новый год…
Нина: Ага.
Бабушка приносит большой фотоальбом: Я тут генеалогический альбом составила, хочешь посмотреть?
Нина: Я, ба, как-нибудь потом, в другой раз…
Бабушка обиженно: Зря ты так. У нас в краеведческой секции…
Нина: Ба, не заводи патефон.
Бабушка: Что ты сегодня такая мрачная?
Нина: Да, так… Сегодняшний день еще вчера не заладился.
Бабушка: Космограмму посмотреть?
Нина: Ба, мне плохо.
Бабушка подносит табуретку к полке, лезет за астрологическим талмудом: Щас гляну.
Нина: Ба, я болею…
Бабушка присаживается к «столу», начинает что-то рисовать карандашом: Все болеют. Надо теплее одеваться. Такое у всех бывает. Что-то интересное вырисовывается. Увлеченно чертит окружности и прямые линии.
Нина: Ба, мне вчера приснился белый ангел с чёрными крыльями.
Бабушка: Слушай… Козерог — знак Земли. Под покровительством Сатурна. Характер у тебя упрямый. Ум развитый.
Нина: …с такими огромными глазами в пол лица…
Бабушка читает в своем астрологическом талмуде: Венера в изгнании. Постоянно кажется, что тебе не хватает любви, что ты одинока, несчастна. Это иллюзия.
Нина: Маленький ангел…
Бабушка: Луна дает тебе подсознательную решимость. Но она злая и сильно воздействует на нервную систему. Однако мощный Юпитер в Раке будет сдерживать тебя…
Нина: В какой сраке?
Бабушка обиженно: Нина!
Нина: Не дуйся… Мощный Юпитер в Раке будет сдерживать меня… Ба, ты мне лучше о любви, о мужчинах…
Бабушка: Венера в тридцатом градусе Водолея влечет тебя к нестандартным мужчинам…
Нина: Это как?
Бабушка: Наверное, ты можешь полюбить наркомана или алкоголика, как твой бывший – Павел. Художник…
Нина: Ба, а когда я умру?
Бабушка: Что за чушь? Я же не гадалка, я астролог. Основные неприятности у тебя позади, ближайшая проблемная точка в тридцать семь лет.
Нина: А двадцать пять?
Бабушка: О, это год перемен. Может, все-таки замуж выйдешь за приличного человека.
Нина: Да, ба, выйду… Конечно…
Бабушка протягивает внучке листок: Вот, возьми лист с космограммой.
Нина: Ага. Ба, можно я у тебя поживу?
Бабушка: Ну-у-у-у… У нас же с тобой космическая несовместимость. Я – Овен. Ты – Козерог. Мы можем ладить только на расстоянии.
Нина разочарованно: Эх, ба…
Бабушка треплет Нину по щеке: Эх, детка, какая ты еще маленькая и счастливая. Небось, знаешь, где ключик от счастья лежит? Кхе-кхе…
Нина: Небось… Только когда я нахожу ключ от счастья, кто-то меняет все замки…

Сцена 22.

Нина на  выставке Пашкиных картин. Банкет, шампанское, пресса, шум, музыка… Постепенно зал пустеет. За окном ночь. Два силуэта в окне – Пашка и Нина – страстно занимаются любовью…

Сцена 23.

Нина сидит в Интернет-кафе. В Яндексе ищет информацию про СПИД, лазит по сайтам, проверяет почту, ящик сообщает, что новых писем нет, она смотрит на экран мобильника – «Новых сообщений нет», слушает автоответчик телефона – «К сожалению, для Вас нет новых сообщений».

Сцена 24.

На втором этаже того же кафе сидит Пашка. Он пьет кофе и пытается написать Нине письмо. Стучит по клавиатуре. Фоном звучит песня:
Почему любовь уходит оставляя в сердце боль
Плачет небо надо мною плачет небо над тобой
Почему рассвет без солнца и без месяца печаль
Если вдруг любовь уходит сердце плачет сердцу жаль

Припев:
Но остается в сердце боль
Боль боль сильнее чем любовь
Жаль в черном месяце печаль
Жаль жаль жаль

Помнишь ночь плыла рекою помнишь танец наших тел
И амур над головою как распятие висел
Мы с тобой сожгли все фразы мы сожгли любовь дотла
Мы с тобой чужими стали только боль не умерла

Припев:
Но остается в сердце боль
Боль боль сильнее чем любовь
Жаль в черном месяце печаль
Жаль жаль жаль

Сцена 25.

Нина открывает дверь в квартиру своим ключом, тихо входит в огромный холл, крадется в гардеробную комнату, раздевается, трогает пиджак Вадима, лезет во внутренний карман, достает семейное фото – Вадим обнимает жену Ольгу, а по бокам две дочери – родная – Аркадия и приемная – Нина. Нина разглядывает фото, потом отрывает ту часть, на которой она – Нина – улыбается, огрызок снимка снова кладет в карман пиджака. Оторванную часть рвет на мелкие кусочки и кладет в свой карман.

Сцена 26.

Гостиная в квартире родителей Нины. Бросающаяся в глаза роскошь – шикарный дубовый обеденный стол, гнутые венские стулья, бар, диван, пальмы в кадках, огромные фикусы… Стерильность, как в аптеке. Просто душераздирающий порядок – все на своих местах, ни пылинки.
Огромное окно приоткрыто, за окном завывает метель, падает снег.
Аркадия сидит за столом.
Ольга сервирует стол.
В гостиную входит Нина.
Ольга, не отвлекаясь от сервировки, бросает: Где была?
Нина: Дела.
Аркадия: Не родила?
Нина зло: Пока не родила. Она занимает свое место за столом. Залазит на стул с ногами.
Мать, закончив сервировку, садиться за стол. Аркадия активно начинает работать ложкой. Нина лениво ковыряет один кусочек мяса, положенный в тарелку для блезира.
Ольга устало: Нина, почему ты не ходишь на работу? Зачем тогда просила Вадима найти тебе место? Начинает есть.
Нина: Я взяла неделю за свой счет.
Ольга: Зачем?
Нина: Болею.
Ольга: Сходи к врачу, пусть выпишет больничный.
Нина: Ненавижу врачей.
Ольга: Они тебя как будто любят. У всех своя работа.
Нина: Поболею и пойду на работу.
Ольга: Что с тобой?
Аркадия: Воспаление хитрости на почве лености.
Нина: Температура…
Аркадия: Усеагульная млявасць и абыякавасць да жыцця…
Ольга: Одевайся теплее.
Нина выразительно смотрит на мать: У меня, кстати, зимних сапог нет.
Мать: А на что зарплату потратила?
Аркадия: А ты ноги в газету заворачивай — теплее будет.
Нина: Вот стану бомжом…
Ольга: Не дай Бог.
Нина: …и буду приходить к Вам за газетами…
Аркадия: А мы газет не выписываем, так что не по адресу.
Нина: В доме есть ПРОСТОЙ, нормальный хлеб?
Ольга: Встань и отрежь!
Нина: Значит есть. Идет на кухню, задевает плечом фикус.
Ольга: Не задевай цветок специально.
Нина: Я не специально.
Ольга: Я что слепая?
Аркадия: Не выводи мать из себя!
Нина: Я с ним общаюсь.
Ольга: У него от твоего общения листья опадают.
Нина:  У всех листья опадают.
Аркадия  пырскает со смеху.
Ольга: Нина, что ты имеешь ввиду?
Нина: Ничего. Уеду.  Я   здесь лишняя. А вы будете пердеть, жрать марципаны и хлестать дорогой коньяк. Вот она вселенская справедливость! Вот она – божья благодать! Встает и уходит в свою комнату.

Сцена 27.

Нина сидит за компьютером. Она пишет роман-дневник о своей жизни. Буквы превращаются в воспоминания и оживают…
И вот уже Нина с Пашкой гуляют по летнему городу. Нина бросает взгляд на шильду ближайшего дома – ЗАГС Первомайского района.
Нина: Зайдем?
Пашка, морщась: Тебе нужна печать? Сейчас поставлю! Кусает Нину за руку оставляя следы зубов. Оба смеются… И проходят мимо ЗАГСА…
Нина стучит по клавиатуре.

Сцена 28.

В гостиную входит Вадим, смотрит на жену: Пьянствуешь?
Аркадия: Папка пришел! Бежит, словно ребенок, и подставляет щеку для поцелуя. Вадим нежно целует дочь, ласково треплет волосы. Довольная Каша возвращается за стол.
Ольга: Да, Вадим, твоя Оленька пьет коньяк и лежит на диване, задрав ножки к потолку.
Вадим подходит к Ольге, которая подставляет губы для поцелуя, наклоняется, целует жену: Я вижу. И что мне можно поесть?
Ольга: Все на столе…
В гостиную заходит Нина: Мне приснился сегодня сон – белый ангел с чёрными крыльями. К чему бы это?
Вадим: Мыться надо чаще, а то крылья запачкались.
Нина: Может, мне застраховать свою жизнь? На сто тысяч баксов.
Вадим, подкладывая еду в тарелку: Что за блажь? Зачем так много. Представь, какой ты взнос заплатишь!
Нина: Ну, заплачу, скажем, пару тысяч, а потом умру… И вам отвалят сто тыщ баксов! Или евро… Как хотите?
Вадим заинтересованно: А где возьмешь пару тысяч на взнос? Опять у меня? Наливает в бокал немного вина.
Нина: Зачем же? В банке. Оформлю кредит на потребительские нужды. Дают налом, в валюте…
Ольга: А зачем нам сто тысяч долларов?
Вадим, откидываясь на стуле, достает из бархатного мешочка трубку и табакерку: А что лишние?
Нина: Слоненок купит себе машину.
Вадим, любовно прочищая трубку и ласково поглядывая на Кашу: Ну, положим, машина у Слоненка и так будет.
Аркадия: Все равно приятно!
Нина: Умру и хоть что-то хорошее для вас сделаю.
Ольга: Вот дура-то. Тебе замуж надо.
Нина: Ой, надо, ма. Только никто не берет.
Аркадия: Даже художник-алкоголик? Или он уже в прошлом?
Нина: Даже он.
Вадим насыпает в трубку табак…
Ольга, потягивая коньяк: Ниночка, ну что ты, детка? У тебя же все есть для счастья.
Нина: Кроме лекарства от этого самого счастья.
Вадим, затягиваясь трубкой: Бокс, бокс, девочки…
Нина: Счастье — это не когда у тебя все есть, а когда у тебя чего-то нет, и Боже упаси!
Аркадия: Философски.
Вадим Нине: Кстати, твой начальник мне сегодня звонил и жаловался, что у тебя отгулов и выходных больше, чем рабочих дней.
Нина: А что очень интересная работа продавцом косметики?
Ольга: Иди в другое место.
Нина: На панель пойду.
Вадим: Пойди лучше подъедаловом в «Лидо». Там много вкусной жрачки остается. Подъедалову как раз хватит.
Нина: Заткнись, урод!
Вадим: Выкинь свою стихотворную макулатуру… Я даже заплачу тебе за уборку.
Нина: Эта макулатура — бестселлер, который переведут на сто тринадцать языков мира, по нему напишут сценарий и снимут фильм. И он принесет мне мировую славу.
Вадим: Девушка, ставьте реальные цели.
Нина: Это в вашем мелком музейном мире цели реальные – пыль с экспонатов стирать. А я хочу ЖИТЬ. Просто жить, понимаете?

Сцена 29.

Пашка бредет по ночной улице, подняв воротник куртки, смотрит себе на ноги, месит ботинками снег, незаметно для самого себя он оказывается у дома Нины. Крутит в руке мобильник, выбирает в записной книжке ее номер, но не решается позвонить, смотрит на горящие, манящие окна на восьмом этаже, а в небе он видит вместо звезд сотни улыбающихся лиц Нины, что, в общем-то, не трудно при плохом зрении… Пашка набирает СМС: «Нина! Люблю…», но опять стирает его, не решившись отправить…

Сцена 30.
Нина с Пашкой осенью стоят на ветру у женской консультации и курят. Беременные женщины, девочки и дамы входят и выходят из здания. Нина бледна, все ее тело сотрясает мелкая дрожь.
Пашка: Холодно?
Нина: Нет.
Пашка: Тогда перестань дрожать!
Нина: Оно само.
Пашка: Да это же не ребенок ! Просто… Активный сперматозоид…
Нина: Мы все – просто активные сперматозоиды.
* * *
Нина в своей комнате сидит за компьютером, набирает стихи:
Я рыдала в льняную простынь…
С некрасиво опухшей мордой
Я рыдала. Казалось просто,
Бросив все, притворяться гордой.

Улететь? Раздобыть бы денег…
Взять взаймы на неделю где-то…
Убежать на Лазурный берег,
Где такое слепое лето…

А сегодня метель сквозь просинь
Замотала город в пеленки.
Я рыдала, рыдала простынь…
Я хотела родить ребенка…

Сохраняет файл, закрывает его, выходит из комнаты, одевается…

Сцена 31.

Нина идет в другой ночной клуб. Гремит музыка, колбасится молодежь. Только Нина стоит в этой толпе и не танцует, она вглядывается в лица работников и посетителей, как будто ищет кого-то, пытается кого-то узнать, встретить… К ней подходит охранник: Ищешь кого-то?
Нина кивает.
Охранник: Помочь?
Нина отрицательно мотает головой: Я сама.
Она выходит из клуба, открывает записную книжку, вычеркивает заведение из огромного списка, в котором уже вычеркнуто больше половины названий. Закуривает. На улице светает.

Сцена 32.

Утро. Пашка бредет по улице. Он вспоминает…

Сцена 33.
Пашка пишет в своей мансарде-мастерской портрет Нины. Она крутится, не хочет позировать, смеется. Он подходит к ней с палитрой, кистью касается кончика носа, щек, век, разукрашивая лицо Нины в разные цвета, бросает палитру на пол, начинает целовать лицо Нины, сам пачкается в краску. Нина стягивает с него свитер, он с нее – легкий газовый балахон, несет на тахту. Они занимаются любовью…

Сцена 34.
Нина проходит там, где Пашка только что скрылся за поворотом. Ее глаза красны. Может быть, она плакала? Нина вспоминает…

Сцена 35.
Пашкина мастерская. Празднично накрытый стол. Елка. Нина и Пашка ссорятся. Нина уходит от Пашки в ночь. Бредет… По морозу… В расстегнутой куртке и белых пушистых тапочках… Слезы заливают лицо. И вдруг слышит гул да стрельбу — это куранты бьют по телевизорам, а за окнами, в квартирах смех, народ шампанское откупоривает, бенгальские огни палит…  А перед Ниной – мусорные баки. А между ними сидит бомж: Привет, детка!   Счастливого Нового года!..
Нина: Дурак!
Нина решительно застегивает куртку, разворачивается и идет назад. Она возвращается к Пашке. Вдруг чувствует спиной, что за ней кто-то идет. Оборачивается. Высокая мужская фигура в темном пальто с поднятым воротником активно ее догоняет. Нина ускоряет шаг. Ее сердце начинает учащенно биться. Зритель слышит, как нарастает частота и глубина ударов. Фигура тоже ускоряет шаг. Нина вбегает в подъезд, нажимает кнопку лифта. Кажется, сердце готово вырваться из груди. Лифт начинает спускаться, за Ниной в подъезд вбегает фигура. Ждать лифта бессмысленно, Нина пытается бежать наверх. Сердце сумасшедше стучит. Она успевает проскочить лишь один лестничный пролет. Фигура догоняет Нину, толкает в спину, прижимает животом к стене, подставляет к горлу нож: Пикнешь, убью, сука!
Нина пытается вырваться, задыхается, умоляет: Не надо, пожалуйста…
Фигура: Что не надо, сука? Насмотрелся я на вас, блядей, в   клубе. Твари продажные!
Нина в слезах оборачивается, пытаясь разглядеть и запомнить лицо насильника: Не надо…
Фигура зло: За бабки небось дала бы?
Нина, делая последнюю попытку вырваться: Пусти!
Фигура еще крепче сжимает девушку: Ты же хочешь, шлюха дискотечная!
Проводит ножом по горлу, нож оставляет на шее кровавый след. Фигура задирает юбку Нининого платья, рвет колготки, приспускает свои брюки, входит в девушку сзади, насилует…

Сцена 36.
Пашка проходит там, где Нина только что скрылась за поворотом.  Хлопьями падает снег… Паша вспоминает…

Сцена 37.
Пашка выходит в новогоднюю ночь на лестничную клетку покурить… и видит, как Нина занимается сексом с другим мужчиной… Он смотрит на них некоторое время, потом подходит сзади, берет за плечо фигуру мужчины, разворачивает его к себе и бьет кулаком в челюсть. Насильник в панике убегает. Пашка сплевывает под ноги. Уходит.
Нина кричит: Па-а-ша…
Пашка: Шлю-юха…

Сцена 38.
День. Самойлов и Анжелика сидят в кафе. Обедают.
Анжелика: Так ты зачем в Центр пошел работать?
Самойлов: Романтика взыграла.
Анжелика: Ну, даешь! Шлюх решил пожалеть?
Самойлов: Упаси Бог. Тебе-то кто сказал, что врач — самый добрый и сердечный человек в мире? Что он обязан всем сопереживать? Так я бы сдох с первым же не спасенным больным. А с таким диагнозом не выздоравливают.
Анжелика: Ты помнишь своего любимого пациента?
Самойлов вспоминает: Ага.  Мужик из деревни…

Сцена 39.
Даунского вида лохматый мужик стоит в кабинете врача, разговаривает с Самойловым:   —  Мало у нас, доктор, в селе баб. И никто со мной… э-э-э… того… не хочет. Так я занимаюсь сексом с козой, курицей и братом.
Самойлов: Ну?
Мужик: Мог ли я от кого-нибудь из них заразиться ВИЧ?  Ддверь кабинета   приоткрывается и в нее заглядывают две   морды – брата и козы.

Сцена 40.
Анжелика и Самойлов снова в кафе. Они хохочут.
Анжелика: У меня тоже колоритный кадр был. Фоном звучит разговор.

Сцена 41.
В кабинете доктора тощий мужичонка о чем-то говорит с врачом. Маленький, тощий и плешивый мужичонка. Одним словом, Кащей. Заразил двенадцать женщин! Как выяснилось, бабы ему давали, потому что … жалели.
Анжелика открывает дверь в коридор, выглядывает, а там на скамейке – 12! Разномастных женщин..
Самойлов: Сердобольные у нас бабы, только больны на голову.

Сцена 42.

Вечер. Камера лениво проплывает по окнам высотного дома. Заглядывает в квартиру родителей Нины. В гостиную, крадучись, как мышь, проскальзывает Нина в пеньюаре. Она, оглядываясь, лезет в бар за бутылкой коньяка. Делает мощный глоток прямо из горла. Тянет бутылку с собой. Залазит с ногами на диван, закуривает.
Дверь снова приоткрывается. В гостиную вползает Аркадия, шепотом: Коньяк воруешь?
Нина: Будешь ябедничать?
Аркадия: Буду.
Нина: Ну, и… пожалуйста.
Аркадия: Ну, и спасибо.
Нина: Хочешь закурить?
Аркадия: Хочу.
Нина крутит в руке мобильник: Кури.
Аркадия: Дай твою курну. Одну на двоих, как в детстве.
Нина: Не маленькая, возьми новую.
Аркадия: Что, жаба душит?
Нина: При чем тут жаба. Просто бери свою сигарету… и все.
Аркадия: Ну, и возьму. Закуривает.
Нина: Ну, и бери.
Молча курят.
Нина: Знаешь, Каша, не вытирайся моим полотенцем, пожалуйста, как ты любишь.
Аркадия: Больно надо.
Нина: Я серьезно.
Аркадия: Да, хоть шутя.
Нина: Нужно развивать бытовую культуру. У каждого свое полотенце.
Аркадия: Да что ты прицепилась? Мне параллельно.
Нина: А мне плохо.
Аркадия: Всем плохо. Лучше скажи, кому сейчас легко?
Нина: Понимаешь, у каждого должны быть свои предметы гигиены.
Аркадия: Ну, достала. Слоненок нервно тушит сигарету в пепельнице и уходит.
Нина пьет коньяк.
В гостиную входит отчим.
Вадим садиться рядом с падчерицей на диван:: Пьянствуем?
Нина: Ага.
Вадим придвигается ближе, совсем не по-отечески обнимает Нину:: А что из горла? Воспоминания о молодости?
Приоткрывается дверь, в комнату крадется Аркадия и… замирает в нерешительности. Прислонившись к дверному косяку, она наблюдает за отцом и сестрой.
Нина: Что ты делаешь? С ума сошел!
Вадим нежно: Ммм…
Нина строго: Убери руки.
Вадим вдыхает аромат ее волос: У-у-у-у-у, какая сладкая девочка.
Аркадия потихоньку сползает по стене, прячется за кадку с пальмой, чтобы ее не заметили.
Нина: Я все матери расскажу.
Вадим: А я пальчик покажу…
Нина: Дурак!
Вадим прижимается сильнее: У-у-у-у, какая грозная…
Нина отталкивает Вадима: Отстань, старый козел.
Вадим зло: Корчишь из себя целку, а сиськи из халата торчат.
Нина, запахнув халатик: Я в своем доме!
Вадим: В моем, девочка!
Нина: Уйду.
Вадим: Вот и правильно. К бабушке. А пока… Тянет к ней губы.
Нина: Мудак !
Пощечина. Нина резко встает и уходит. Вадим обиженно потирает щеку: Стерва… Теперь ты точно съедешь отсюда.
Аркадия со слезами на глазах вылезает из своего укрытия: Папка, как ты мог!
Вадим растерянно: Слоненок, ты все неправильно поняла. Это совсем не то, что ты видела…
Аркадия: Мне уже девятнадцать, старый козел!
Вадим: Как ты разговариваешь с отцом?
Аркадия: Как заслужил! Вторая пощечина.
Аркадия уходит.

Сцена 43.
Нина хватает в гардеробной пуховик, шарф, брюки, свитер и сапоги, вылетает на лестничную клетку босиком, вызывает лифт, в лифте одевается, выбегает из подъезда, бежит по улице… Глаза полны слез. Ночь.

Фоном звучат стихи:
Я все бегу наперерез,
Наперекор, наперевес.
Бегу, сбивая каблуки,
Бегу, сжимая кулаки.
И боль пульсирует в висках.
Бегу и горечь на губах.
Бегу и просится слеза.
Бегу и нечего сказать.
Бегу и тяжело дышать.
Бегу и не могу бежать.

…Я все боялась опоздать,
А было некуда бежать.

Сцена 44.
Нина идет в очередной ночной клуб. Гардероб. Нина впивается глазами в лицо сорока пяти – пятидесятилетнего гардеробщика. Знакомые черты. Сердечко екнуло и забилось в бешеном темпе. Зритель слышит этот нарастающий звук. Нина прислонилась к колонне. Перед глазами в бешеном темпе стучащего сердца меняются два кадра: спокойное лицо гардеробщика чередуется с кадром, на котором прижатая к грязной стене подъезда Нина пытается обернуться и рассмотреть лицо насильника… Он. Сомнений быть не может. Он работает гардеробщиком в этом клубе. На лбу Нины появилась испарина.  И имя у него есть  – Алексей. Об этом говорит бедж на его груди.
На шатающихся от волнения ногах девушка вышла из клуба в ночь, в летящие хлопья снега…

Сцена 45.

Шикарная спальня родителей Нины. Настоящий будуар. Ольга читает книгу в кровати. На ее холеном лице маска. Обернутый в большое махровое полотенце, с капельками воды на теле в спальню входит Вадим.
Вадим: Оля… почисти мне костюм завтра, пожалуйста.
Ольга, не отрываясь от чтения: А тебе не кажется, что содержать служанку с консерваторским образованием дороговато. По-моему, тебе не по карману. Как-то ты не по доходам живешь.
Вадим вытирается, бросает полотенце на стул, ложится в кровать: Не по доходам. Пора менять служанку на более дешевую. Я на свои деньги трех могу содержать.
Ольга: Да уж, куда там. Служанки-то нынче вздорожали.
Вадим: Что-то не слышал я о таком подорожании. По-моему, вздорожали отдельные личности.
Ольга, закрывая книгу: Да ты от земли оторвался. Служанки нынче до хера стоят.
Вадим: До хера. И не выше.
Ольга: Умник!
Вадим: Ты видишь, какая в доме накаленная обстановка? А Каше, кстати, нужно готовиться в консерваторию.
Ольга: Она, по-твоему, чем занимается целыми днями?
Вадим: Я не о том.
Ольга: А о чем?
Вадим: Твоя Нина раздражает нашего Слоненка.
Ольга садится на кровати: Она не моя, а наша.
Вадим: Я долго пытался считать, что наша. Только гены пальцем не размажешь. Она — твоя. Даже не твоя, а твоего бывшего, который исчез и дочкой совершенно не интересуется.
Ольга: Это было двадцать лет назад.
Вадим: Хоть сто!
Ольга: И?
Вадим: Аркадии нужен покой.
Ольга: Ее кто-то трогает?
Вадим: Ее раздражает Нина. И не только, кстати, ее…
Ольга садиться на кровати: Что ты предлагаешь?
Вадим садиться рядом, обнимает жену за плечи: Пусть она немного поживет отдельно.
Ольга нервно освобождается от его объятий: Нина с шестнадцати лет жила отдельно. И что? Слоненок лучше себя чувствовала? К чему все это привело? Давай, будем жертвовать одним ребенком, чтобы вырастить эгоистом другого!
Вадим: Пусть Нина немного поживет самостоятельно.
Ольга встает, садится за туалетный столик, перед зеркалом начинает смывать с себя тоником маску: Немного это сколько?
Вадим: Пока Аркадия не поступит в консерваторию. Это поступление не может больше откладываться. Ей уже девятнадцать!
Ольга: А Нина?
Вадим: Пусть покрутиться.
Ольга безучастным голосом: Пусть.
Вадим: Я что мало для нее сделал?
Ольга: Не мало.
Вадим: У этой девочки был очень высокий старт. Я трижды платил за ее обучение.
Ольга мажет лицо кремом: Да.
Вадим: Вначале на философском…

Сцена 46.
Нина сидит в аудитории за столом. Соответственно словам Вадима. Вокруг Нины меняется окружение.
Вадим: …  потом на психологическом, потом снова на философском…

Сцена 47.
Спальня.
Вадим(продолжает) :   …Она не закончила ни один.
Ольга шепотом: Она ищет себя…
Вадим: Я снял ей квартиру — она устроила там притон…

Сцена 48.
Хорошо обставленная квартира. За круглым столом в зале сидят малолетние беспризорники, Нина кормит их супом. Вдруг в квартиру врывается неопрятного вида пьяная женщина, за ней входит милиционер. Женщина  начинает скандалить, пытается вытащить детей из-за стола, кричит и жестикулирует, обращаясь к милиционеру. Милиционер брезгливо морщится и с пониманием смотрит на Нину. Женщина кричит, переворачивает тарелки с супом, они падают, разбиваются, суп течёт по паркету… Из-за спины милиционера появляется Вадим…

Сцена 49.
Спальня.  Продолжается разговор супругов.
Ольга: Долго будешь вспоминать?
Вадим: Я трижды устраивал ее на работу.
Ольга: Просто Иисус какой-то.
Вадим: Разве не так?
Ольга: Так. Она терпеть не может эту работу.
Вадим:  Пусть сама пошевелится. Я больше не могу подставлять щеки, когда она бьет, и не могу говорить божья роса, когда мне мочатся в глаза.
Ольга: Таковы дети. Слоненок тоже не отличается благодарностью.
Вадим: Это мой ребенок.
Ольга: А про Нину ты подумал?
Вадим: Про Нину я думал. Слишком много минусов в биографии.
Ольга   тихо, почти сдаваясь: Она не может жить одна.
Вадим: Пусть поживет у твоей матери. Под предлогом, что за старушкой нужен уход. Ей действительно нужен уход. Чай не молодая бабушка.
Ольга: Они же совсем не ладят.
Вадим: Ничего, поладят. Жизнь заставит.
Ольга: Я устала. Нет у меня больше сил никаких! Реши эту проблему как-нибудь сам. В конце концов, ты – мужик! Ты – хозяин дома!
Вадим: Вот и решу.
Ольга: Вот и реши. Отворачивается от Вадима, засыпает…
Вадим гасит свет ночника.

Сцена 50.

Утро. Нина входит в кабинет доктора.
Нина: Здравствуйте, я за результатом.
Анжелика: А-а-а, Вич. Роется в стопочке бумажек, находит бланк с результатом, смотрит, откладывает в сторону.
Нина: Ну, что там?
Анжелика: Присядьте. Вам нужно подождать доктора. Он придет и все скажет.
Нина, присаживаясь на стул: А вы скажите.
Анжелика: Я не могу.
Нина: Ну, вы же знаете!
Анжелика язвительно: А вы как будто нет?
Нина: Ну, пожалуйста…
Анжелика будто бы себе под нос, но так, чтобы Нина обязательно услышала: Вначале трахаются, а потом «ну, пожалуйста»… Душа просит романтики, а попа приключений.
Входит доктор (Самойлов): Здравствуйте.
Нина, вставая: Здравствуйте.
Анжелика: Олег Саныч, это Вич за результатом… Подает бланк. Сама присаживается за лаборантский стол, начинает сортировать бланки что-то заполняет, изображая активную деятельность, прислушивается к разговору.
Самойлов: Хорошо. Вы садитесь, Нина.
Нина: Положительный?
Самойлов, подчеркивая каждое слово: Предварительно положительный. Пока мы не можем поставить окончательный диагноз. Ясно только, что организм столкнулся с каким-то серьезным вирусом. Но еще не время констатировать, что это ВИЧ. Будет еще третья проверка.
Нина: Опять?
Анжелика: Да, таков порядок.
Нина: Значит… СПИД?
Самойлов: Пока ВИЧ… скорее всего.
Анжелика: ВИЧ. Зачем давать напрасные надежды?
Самойлов бросает строгий взгляд на Анжелику: Консультацию пока что здесь веду я. А Вы, Анжелика, пожалуйста, запишите общие рекомендации для Нины Иванны на этом бланке. Протягивает листок.
Нина: Ну, а надежда-то хоть есть?
Самойлов: Она всегда есть, Ни-ина… Вздыхает. Смотрит на девушку долгим, глубоким взглядом.
Нина: Доктор, а сколько мне осталось?
Пауза.
Самойлов вздыхает: Я не знаю, Нина. Вероятно, у вас еще есть лет 10 – 15, если будете себя беречь.
Нина: И это все возможности медицины?
Самойлов: К сожалению, возможности медицины ограничиваются конкретным врачом. Подготовьтесь к тому, что денег понадобиться много. Лекарства дорогие.
Нина: Денег — как кот наплакал, а проблем — как слон насрал.
Самойлов: Так всегда. Вначале человек тратит время, чтобы увеличить свои деньги, а потом он тратит деньги, чтобы продлить свое время. Неожиданно улыбнулся. Помните, Господь наблюдает за Вами. Живите так, чтобы ему было интересно.
Нина: А Вам все шутки.
Самойлов: И еще… Избавляйтесь от хлама! Жизнь коротка. Вам некогда растрачивать ее попусту… В новом году активно избавляйтесь от всякого хлама: вещей, людей. Люди обязательно будут сопротивляться. Никому не нравится быть хламом, даже, если об этом не говорят открыто и в лицо.
Анжелика: А лучше заведите себе питомца…
Нина: В моей семье это невозможно.
Самойлов: Нет ничего невозможного.
Анжелика: Подарите родным щенка или котенка. Разве они смогут отказаться от подарка?
Самойлов: Желаю Вам хороших новостей.
Нина: До свидания.
Самойлов: До свидания. Нина уходит.

Сцена 51.

День. Нина приходит в клуб «Ночная охота». Оглядывает при свете дня охотничий интерьера заведения: лассо, боло, капканы, луки и стрелы на стенах, рыболовная сеть под потолком, гарпуны, ружья… Нина подходит к столику администратора: Я могу видеть Алексея? Гардеробщика…
Администратор: К сожалению, сегодня не его смена. Он будет работать только в четверг.
Нина умело разыгрывает смятение: Черт! Я хотела пригласить его на свадьбу. Потеряла записную книжку, а там все номера… Сейчас столько проблем из-за этого…
Администратор: Не волнуйтесь. Я дам его номер. Листает журнал… Балабанов Алексей Сергеич. Сейчас запишу. Администратор отрывает стикер и пишет номер. 255-5617. Пока он записывает его для Нины, она успевает глянуть в журнал и видит домашний адрес насильника: ул. Бабоеда, 69-13. Ее губы беззвучно шепчут адрес. Администратор протягивает ей стикер, широко улыбаясь: Так вы невеста?
Нина кивает: Спасибо.

Сцена 52.

Нина идет к храму. Снег заметает церковь. Она входит смотрит на свечи перед иконой  Иисуса Христа, идет исповедоваться… Бородатый, пожилой священник внимательно слушает ее сбивчивый шепот. Зритель ничего не может разобрать, но отчетливо слышит сердцебиение Нины. Камера обозревает храм с высоты птичьего полета, из-под купола… Камера приближает к нам Нину и священника.
Священник говорит: Простите его, Нина. Человек слаб. И не все души светлые…
Нина: Я не могу его простить, святой отец.
Глаза героини полны слез.
Священник: Не судите, да не судимы будете…
Нина: Он заразил меня. Я хочу отомстить…
Священник:  Месть вернётся к Вам с удесятерённой силой. Всё, что мы  отдаём миру, будь то любовь или ненависть, вернётся к нам многократно умноженным. Подумайте об этом, Нина.
Нина: Но почему я?
Священник:  Кто-то должен разорвать цепь зла. Ты можешь это сделать.
Нина: Чтобы простить, надо быть сильной. А я…
Священник:  Вера даст тебе силы принять. …принять то, что, кажется, принять невозможным. И простить… да не судимы будем…
Нина отходит от священника. Рядом с ней идёт её ангел. Крылья у него чёрные.
Нина подходит к иконе Божьей матери. Губы её беззвучно шевелятся. По щеке скатывается слеза. У ангела, стоящего рядом, одно чёрное пёрышко в крыле становится белым…

Нина уходит из храма. И вдруг видит там Самойлова. Он ставит свечку у иконы Николая-Чудотворца,   шепчет: За здравие рабы божьей….
Их глаза встречаются. Взгляды, полные одиночества, отчаяния и понимания проникают друг в друга. В бликах свечей силуэты героев словно размываются…

Сцена 53.
Нина выходит из храма. Ангел идёт рядом, но ни Нина, ни прохожие его не видят.

Сцена 54.

Нина заходит в маленький бутик, где продают косметику.
Директор: Кого я вижу!
Нина: Илья Петрович, я к Вам.
Директор: Мне нужно поговорить о твоей работе.
Нина: Я именно по этому поводу.  Я никогда, слышите, НИКОГДА больше не приду на эту мерзкую тупую работу.    Это все! Нервно разворачивается, уходит. Оторопевший директор и продавщицы смотрят ей вслед.

Сцена 55.

Нина в банке из рук служащего получает бумагу.
Клерк: Поздравляем вас, Нина Ивановна. Вам выделили кредит. Распишитесь вот здесь и пройдите в кассу. Нина расписывается.

Сцена 56.

Нина беседует со страховым агентом.
Страховой агент: Сто тысяч долларов – очень серьезная сумма. Как страхователь Вы должны назвать имя человека, которому в случае вашей смерти, мы перечислим деньги. И я впишу это имя в полис.
Нина: Вич, Аркадия Вадимовна.
Страховой агент внимательно вписывает ФИО.

Сцена 57.

Нина сидит за рабочим столом в комнате Аркадии. Это понятно потому, что на стенах развешаны фотографии Каши со скрипкой, с друзьями, родными… Нина кладет страховой полис в конверт, заклеивает его, пишет «Открыть первого января», кладет в выдвижной ящик стола Аркадии.

Сцена 58.

Вечер. Нина идет по городу. В ее голове стучат слова: «Всему свое время, и время всякой вещи под небесами: время рождаться и время умирать; время любить, и время ненавидеть; время искать, и время терять; время молчать, и время говорить»…
Она поворачивает на улицу Бабоеда, находит дом №69, входит в первый подъезд, поднимается на лифте…
Нина звонит в дверь квартиры с номером 13. Ей открывает моложавая женщина в домашнем халате и тапочках.
Нина: Здравствуйте…   Алексей здесь живёт?
Женщина: Да, я его жена. Но его пока нет.
Нина: Я к вам.
Светлана: Проходите. Вы с Лешиной работы? Что-нибудь случилось?
Нина проходит в коридор, оглядывает совдеповскую прихожую, в которой много лет не делался ремонт, говорит замогильным голосом: Случилось…
Светлана взволнованно: Что-то с Лешей?
Нина: С ним все в порядке.
Светлана облегченно вздыхает: Что тогда?
Нина: Это долгий разговор…
Светлана озадаченно: Может, чаю?
Нина: Да, пожалуй.
Светлана: Раздевайтесь. Проходите на кухню. Не будем мешать Леночке…
Нина вопросительно смотрит на Светлану.
Светлана: Это дочка.
На слово «дочка» из комнаты показывается кудрявая озорная головка пятилетней девочки. Она лукаво улыбается.
Светлана: Иди, поиграй, детка. Мама занята.
Нина растеряна. Она явно не ожидала увидеть в этом доме такую маленькую, хорошенькую девочку.
Светлана: Ну, что же Вы, проходите.
Нина (мнётся в коридоре): Я…
В замке поворачивается ключ. В квартиру входит Алексей. Видит Нину и… каменеет. Из его рук на пол падает пакет с продуктами. В пакете разбивается бутылка. Какая-то жидкость течет по полу. Леночка выбегает из комнаты и с радостным криком «Папа» бежит к Алексею. Она повисает на его шее, целует лицо…

Сцена 59.

Нина бежит по улице. Поздний вечер. Падает снег…

Сцена 60.
Нина в отделении  милиции. Она сидит в кабинете участкового инспектора и проглядывает альбом с фотографиями преступников – анфас, профиль. Молоденький лейтенант бубнит, исследуя глазами трещину на рабочем столе: Дело – глухарь. Кто захочет вешать его на себя? А потом вы вовремя не прошли медицинское освидетельствование, смыли с себя следы побоев и спермы, поздно обратились. Мы, конечно, примем заявление… Но найти… Ну, что?
Нина, закрывая альбом:  Нет, его здесь нет.

Сцена 61.

Утро. В Центре профилактики СПИДа. В кабинете.
Входит Самойлов и закрывает дверь, ставит на стол бутылку коньяка. Анжелика приносит две пробирки: Пациенты балуют?
Самойлов: Не поверишь, сам купил.
Анжелика: С чего бы это?
Самойлов: Работу нашел.
Анжелика: Какую?
Самойлов: Новую!
Анжелика: Это ясно. Колись, давай.
Самойлов: Менеджером по продаже мобильных телефонов.
Анжелика: С ума сошел?
Самойлов: Может быть… Только там зарплата человеческая плюс проценты от объема продаж.
Анжелика: Так ты совсем уходишь?
Самойлов: Пока по совместительству. На испытательный срок. Сегодня было собеседование. Завтра выхожу на работу.
Анжелика: И что спрашивали?
Самойлов: Как всегда…

Сцена 62.
В кабинете за столом начальника восседает Вадим. Напротив – Самойлов.
Вадим, постукивая пальцами по столу: А почему Вы доктором не хотите работать?
Самойлов: Платят мало.
Вадим: Но ведь есть коммерческая медицина!
Самойлов: Да. Только у меня нет никакого желания ждать до сорока лет, пока мне дадут высшую категорию, звание кандидата наук, и место в коммерческой клинике.
Вадим: А как же призвание?
Самойлов: Призвание придумали пациенты, чтобы не платить!
Вадим смеется: Уважаю честность.

Сцена 63.
В Центре…
Анжелика: И тебя не назвали циничным и бездушным?
Самойлов: В этот раз нет. Просто пригласили на работу.
Анжелика: А как же наш роман в сентябре?
Самойлов: Но я же не умираю. И даже не уезжаю в другую страну. Все будет. Лучше, давай, выпьем за успех безнадежного дела.
Чокаются, пьют.

Сцена 64.

Утро. Вадим сидит в своем кабинете за рабочим столом, за компьютером. На мониторе компьютера – голое тело модели. Вадим подставляет к нему голову Нины. Довольно улыбается. Насвистывает. Достает фотографию из внутреннего кармана пиджака. Угол с Ниной оторван.
Вадим: Что за черт! Крутит снимок в руках. Убирает в выдвижной ящик стола.

Сцена 65.

Полдень. За большим офисным столом в кожаном кресле восседает издатель. Нина сидит напротив. Издатель листает рукопись…
Издатель: Да, Нина Ивановна, это очень интересный материал. Стихи и проза в форме дневниковых записей – оригинальная подача романа. Легкий слог, интрижный сюжет… Надо сказать, затягивает… Хотелось, чтобы Вы побыстрее закончили вторую часть… Тем не менее, наш юрист подготовит договор, и мы пригласим Вас для подписания. На днях…
Нина: Спасибо…
Издатель: Правда, меня смущает один момент…
Нина вопросительно смотрит на издателя.
Он продолжает: Эта история с насильником. Как-то она недоработана. Ей что ли не хватает глубины… Социального подтекста…
Нина: Ну, почему же… Он насмотрелся на девушек легкого поведения в клубах. Они давали всем за деньги. Ему — нет. Он — в ссоре с женой, хочет взять реванш, ищет жертву… А потом ненавидит себя, боится наказания… Все просто.
Издатель: Он раскаялся? Не верится… А она? Она у вас его прощает. Разве такое возможно в жизни?
Нина: Думаю, да. У него же семья, ребенок… А у нее … У неё тоже…
Издатель с нервным смешком: Вас когда-нибудь насиловали?
Нина молчит.
Издатель: Нет… Историю надо доработать. Во второй части…

Сцена 66.

День. Метро. Случайная встреча Самойлова и Нины.
Они оба едут по эскалаторам метро. Она – вниз. Он – наверх. Он и встретились глазами. И она печально улыбнулась ему. Он увидел ее, и расталкивая людей, со словами: «Извините, простите, пропустите» побежал вниз по лестнице, ведущей вверх. Она заулыбалась. Они одновременно сошли со своих эскалаторов. Остановились на платформе, их толкают, спешащие люди. Они вышли из толпы, остановились на перроне. Идут поезда. И часто шум электричек заглушает голоса героев. Слышны обрывки разговора.
Самойлов взволнованно: Как вы?
Нина неопределенно пожимает плечами, (потому что не хочет говорить или потому что шумно)…
Самойлов трогает Нину за плечо, вглядывается в глаза, с надеждой спрашивает: Все хорошо? Но голос выдает то, что он сам не верит вопросу и тем более положительному ответу на него…
Нина: Все… нормально, доктор…
Самойлов легонько трясет Нину плечи: Взбодритесь, Нина… Я не верю вашему «нормально».
Нина утвердительно кивает головой, но кажется, что она вот-вот расплачется: Все путем, доктор…
Самойлов, как ребенка, прижимает Нину к себе: Ну, что вы так, Нина… Еще же ничего не ясно… И потом… Неожиданно, воодушевляясь. Приходите, приходите завтра в Центр. Хотите, я запишу Вас на прием к психологу?
Нина отрицательно качает головой.
Самойлов: Приходите просто выпить чаю.
Нина отрицательно качает головой.
Самойлов: А хотите, мы пойдем гулять в парк и кататься на каруселях?
Нина улыбается: Какие карусели? Сейчас же зима!
Самойлов: Ну, вот, вы уже улыбнулись. Это хорошо.
Нина: Спасибо, доктор.
Самойлов: Олег.
Нина: Олег, мне нужно домой…

Сцена 67.

Послеобеденное время. Гостиная в квартире Нининых родителей. Все тот же шикарный интерьер.
Нина сидит на полу, уткнувшись лицом в мужскую рубашку, вдыхает ее запах: Ммм… ммм… ммм… ммм… Берет телефонную трубку, набирает номер. Алло.

Сцена 68.
Пашка весь в краске, в своей мастерской, он пишет новый портрет Нины. Слышит звонок телефона, бросает кисть, подходит к апарату.
Пашка: Привет. С днем рождения, что ли…
Неловкая пауза.
Нина: Мне приснился белый ангел с чёрными крыльями.
Пашка: Это белая горячка.
Нина: Не смешно.
Пашка: Ага…
Нина: Ты можешь ко мне придти?
Пашка: Зачем?
Нина: Хочу вернуть твою рубашку…
Пашка: Носи сама.
Нина: А я и ношу сама. Но вот решила отдать…
Пашка молчит.
Нина: Приди, пожалуйста… Мне нужно что-то важное тебе сказать…
Пашка: Говори.
Нина: Я не могу по телефону. Приди. Пожалуйста… Я больше никогда… Мне очень важно. Вчера на сердце лежал камень, сегодня на душе скребут кошки.
Пашка: Даже страшно подумать, что может быть завтра…
Нина: Ты что-нибудь хорошее о нас вспоминал?..
Пашка: Совместный блев.
Нина: Мда… Ничто так не сближает, как совместный блев в тазик часа эдак два подряд… Короткие гудки – Пашка бросил трубку.

Сцена 69.

Вечереет. Пашка идет вдоль цветочного ряда. Продавщицы зазывают его.
Продавщица 1: Глянь, миленький, какие розы!
Пашка идет дальше.
Продавщица 2: Хризантемы свежие!
Продавщица 3: Букет, букет берите, молодой человек!
Продавщица 2: А Вам куда надо? На праздник какой? Банкет?
Продавщица 3: Начальнику презент?
Продавщица 4: Да к девушке он, не видно что ли! Иди ко мне! Такой букет выберем, девчонка закачается…

Сцена 70.

Звонок в дверь. Нина идет открывать. На пороге Пашка, протягивает ей хомячка в двухлитровой банке: Вот, не знал, что тебе подарить. А потом вспомнил. Я бы и не вспомнил, но у метро стояла тетка с хомяками… Так что, вот…
Нина мрачнеет: Плохая шутка.
Пашка: Я думал, тебе понравится. Хомяк – это так готично!
Нина: Ты же знаешь, что никаких животных моя мать не потерпит.
Пашка: Прости, я забыл.
Нина: Ты бы еще щенка принес!
Пашка: Хочешь, заберу назад?
Нина зло: Нет уж, пусть будет.
Пашка: А мать?
Нина: Разберемся. Нина ставит на стол банку с хомяком. Ну, проходи.
Пашка: Если ты недовольна, я убью его. Достает его из банки, держит перед Ниной на вытянутой руке. Декламирует. Смерть всем хомякам! Они едят нашу еду, пьют нашу воду, гадят в наши души…
Нина: Я же сказала, что оставлю.
Пашка: Вот и оставь. Пусть хомячок  тут  немного погадит.
Нина: Глинтвейн будешь?
Пашка: Я в завязке.
Нина: А у меня сегодня день рождения, между прочим. Может, последний…
Пашка: Что, тень старика Вассермана показала тебе все четыре пальца? Резко положительный сифон?
Нина: Пойдем на кухню.

Сцена 71.
Пашка и Нина на кухне. Пока Пашка откупоривает вино, Нина на плите подогревает воду с медом и дольками лимона, засыпает ложками специи – имбирь, гвоздику, корицу, мускатный орех, душицу, ваниль, потом вливает вино…
Нина: Ты прости меня.  Я одна во всем виновата.
Пашка молчит.
Вот уже Нина разливает глинтвейн по бокалам, с бокалами они перемещаются в гостиную, где на столе в банке бегает хомячок.
Гостиная.
Нина и Пашка садятся на диван.
Нина: Почему мы не завели ребенка, Паша?
Пашка: Вот те раз… Хомяка ей уже мало…
Нина: Паша, почему у нас нет ребенка?
Пашка: Тебе есть чем его кормить?
Нина: Грудным молоком.
Пашка: До десятого класса?
Нина: Теперь уже не важно… У нас просто никогда, слышишь, никогда не будет ребенка…
Пашка: Еще нарожаешь…
Нина: Уже нет…
Пашка: Готично. Как ты себя чувствуешь?
Нина: Плохо. Температура, лимфоузлы…
Пашка: А головка не бо-бо?
Нина: Я люблю тебя.
Пашка: И это после того, как я застукал тебя в подъезде с каким-то мерзким козлом, который сразу сбежал?
Нина: Я не хочу об этом.
Пашка: А я хочу! Все вы, бабы, бляди! До одной!
Нина: Дурак! Он изнасиловал меня.
Пашка: Ну, конечно!
Нина, открывая шрам на шее: Видишь?
Пашка: Ну?
Нина: Он угрожал мне ножом, полоснул по шее.
Пашка, осознавая суть произошедшего, но не желая принять реальность, кричит: Ложь!
Нина: Дурак!  Нина вспоминает… На фоне воспоминаний продолжается диалог героев.

Сцена 72.

Зареванная Нина, с раной на шее, запачканная кровью возвращается в свою съемную квартиру, идет в ванну, чтобы смыть с себя грязь изнасилования, выходит обернутая огромным махровым полотенцем, садиться в углу комнаты и плачет… Разговор идёт за кадром на фоне диалога.
Нина: Ты бросил меня там, в подъезде, поруганную… Боже, как все это грязно… Не могу.
Пашка: Говори.
Нина: Я вернулась в квартиру, сидела в углу и выла. А хомяк все бегал в своей коробке и шуршал газетами.
Пашка: При чем тут хомяк?
Нина: Я ненавидела его копание в бумажках. Подошла и задушила в ладони, сломала ему хребет, а потом спокойно легла спать.
Нина подходит к коробке с хомяком и сдавливает животное в кулаке… Щелк…
Пашка недоверчиво: Задушила хомяка?
Нина: Я раздавила его из-за тебя…
Пашка: Готично. А что еще ты сделала из-за меня?

Сцена 73.

Снова действие происходит в гостиной.
Нина: Наутро я безутешно рыдала над его тельцем, завернула в платок и понесла к той бабе, над которой мы так потешались.
Пашка: Той, что живет у питомника и лечит хомяков за тыщу рублей рублей?
Нина: Ага. Она лечит за тыщу, а в питомнике один хомяк пятьсот стоит.
Пашка: И что?
Нина: Я отнесла ей мертвого хомяка, заплатила деньги, оставила на сутки, и на следующий день она вернула мне бодрого и здорового зверька.
Пашка: Она же его в питомнике взяла! За пятьсот!
Нина: Правильно.
Пашка: Ну, ты и дура. А пойти в питомник и самой купить нового хомяка слабо? Слабо бабло сэкономить?
Нина: Слабо. Ведь я хотела не нового, а старого оживить.
Пашка: Ребенок что ли?
Нина: Нет, конечно, просто иногда так хочется чуда. Я все понимала, но хотела себя обмануть.
Пашка: Да при чем тут хомяки? Они же мрут, как мухи…
Нина: Я тоже скоро умру.
Пашка: Дура.
Нина: Нет, послушай…
Пашка: Лучше ты послушай. Когда я был в детском садике, у меня был хомячок. Он издох, и я долго рыдал над ним. Потом слезы кончились, я взял кухонный нож, и посмотрел, что у него внутри.
Нина, затыкая уши: Ты врешь!
Пашка: Пришел папа и навтыкал мне за такие игры.
Нина: Этого не было!
Пашка: Я был наказан…
Нина: Неправда!
Пашка: А на просьбу купить мне нового хомяка папа сказал: «Я столько не зарабатываю, чтобы ежедневно снабжать тебя хомяками, урод»!
Нина: Этого не было!
Пашка: Почему не было? Всякое было. Еще на хомячка села моя первая теща. Так хомяк жопой накрылся.
Нина: Уходи.
Пашка: Ухожу. Только тебе будет одиноко.
Нина: Всем одиноко. Думающий человек не может быть не одиноким.
Пашка: Согласен. Я недавно продал твой портрет, с которым два года разговаривал.
Нина: А ко мне отчим пристает…
Пашка: Готично.
Нина: Недавно зажимал здесь, в гостиной.
Пашка: Значит, повод дала, шлюха.
Нина: Уходи.
Пашка: Ухожу.
Нина: И забери свою рубашку. Берет ее с дивана, кидает Павлу.
Пашка кидает назад: Оставь себе. На память.
* * *
В комнату входит Аркадия: Вау! Воссоединение святого семейства.
Пашка: Скорее, картина «Не ждали».
Аркадия: Возвращение блудного жениха в нашу обитель.
Пашка: Что нам радость нежданной встречи, по сравнению с блаженством долгожданного расставания!
Аркадия: Что за живность в нашем доме? Подходит к столу. Стучит пальцем по банке.
Нина: Мой хомяк.
Аркадия: Папка тебе вкатит по первое число.
Нина: Ой, боюсь!
Пашка: Ладно, девушки, сами разбирайтесь. Я ухожу.
Аркадия: Скатертью дорога!
Нина: И я уйду вместе с Пашкой!
Аркадия: Какое чудо! Дорогой Дедушка Мороз! Я очень люблю старшую сестру, но, пожалуйста, подари ей отдельную квартиру!
Пашка: Дед Мороз выполняет только сказочные желания! Например, чтоб ты похудела или от маразма вылечилась. А отдельная квартира — вполне реально. Вот вы все помрете, и будет у нас с Нинкой отдельная квартира!
Аркадия: Мерзкий альфонс!
Пашка: Готично! Французские слова знаешь!
Аркадия: Знаю. Вы тут прощайтесь, а я буду елку наряжать. Выходит из комнаты. Пашка подходит к Нине, обнимает ее, пытается поцеловать, она отворачивается, шепчет: Не надо, не надо. Уже ничего не исправить… Отталкивает Пашку, уходит в другой угол комнаты и стоит, не шелохнувшись, как ледяная статуя. В гостиную возвращается Слоненок, тащит за собой искусственную елку и корзину с новогодними елочными украшениями. Аркадия ставит елку на пол, начинает поправлять ветки.
Пашка: Между прочим, у твоей сестры день рождения.
Аркадия: У кого-то день варенья. У кого-то Новый год. Начинает наряжать елку.
Пашка: Что сестре-то подарила?
Аркадия: Себя.
Пашка: Готично. Только не маловато ли?
Аркадия: Достаточно!
Нина: Перестаньте ссориться!
Пашка Нине: Я могу уйти. Совсем, если ты так хочешь.
Аркадия: А еще ты можешь кучу сделать посреди гостиной.
Пашка: Могу.
Аркадия: Это же так оригинально!
Пашка: Необычнее, чем елку наряжать.
Нина: По-моему, Каша, ты помешала нам договорить.
Аркадия: Квартира большая. Договорите в другом месте. Ехидно. Где-нибудь на кровати. Мне нужно елку наряжать.
Пашка: Мне пора.

Сцена 74.

Прощание Пашки и Нины в дверях, в холле.
Пашка: Хочешь уйти отсюда со мной?
Нина отрицательно и грустно качает головой: Я не могу… Не могу даже объяснить…
Каша, выглядывая из гостиной: Ну, что же вы стоите в дверях? Не стесняйтесь, не стесняйтесь, идите в жопу!
Пашка Нине, кивая на Аркадию: Ты любишь ее?
Нина: Люблю. Просто у нее… возраст переходный.
Пашка: Какой переходный? Она же взрослая кобыла.
Нина: Детство затянулась.
Пашка: Мне пора.
Кажется, Нина в приступе нежности готова бросится Павлу на шею, но она не может себе этого позволить… и лишь кончиками пальцев касается его руки: Вспоминай меня… Пожалуйста…
Павел растерян, неловко отстраняет ее: Я позвоню, Нина…

Сцена 75.

Вечер. Скамейка у дома Нины.
На ней сидит замерзший, почти окоченевший Павел, курит, зло сплевывает сквозь зубы, бормочет: Почему у кошки хвостик? Я не знаю, я агностик.
Вадим возвращается домой, проходит мимо Павла, совершенно не обращая на него внимания. Он сжимает в руке брелок автомобильной сигнализации, проверяет, как она работает.
Павел бросает сигарету на землю, тушит ее ногой, догоняет Вадима и одним движением руки разворачивает его к себе: Ну, здравствуй, папочка!
Вадим: А-а-а, это ты.
Пашка: Отстань от Нины!
Вадим: Я что к ней приставал?
Пашка: Ты хотел ее трахнуть!
Вадим: Чего только не нарисует воображение алкоголика!
Павел хватает Вадима за грудки, шипит: Готично. А вот сейчас я тебе навтыкаю, тогда посмотрим, что нарисует твое воображение.
Вадим, отталкивая Павла: Хочешь бокс?
Павел пыхтит.
Вадим: Отстань, молокосос.
Павел шипит: Убью, сука.
Вадим: Ты щенок, не зарывайся. А-то ведь земля круглая, еще придешь милости просить.
Пашка: Отстань от Нины, понял!
Вадим пренебрежительно: Забирай ее со всеми пирогами. Не под замком чай.
Пашка: Вот и заберу.
Вадим: Забирай. Сегодня же.
Пашка: Сегодня я тебе морду поровняю. Бьет Вадима кулаком в лицо.
Вадим прикрывает челюсть руками: Совсем страх потерял, молокосос. Нужна она мне больно… Твоя Нина. Шалава.
Павел уходит.

Сцена 76.

Гостиная в доме Нины. Все тот же стол, накрытый для праздничного ужина, украшенная елка. За столом «святое семейство» — Нина, Аркадия, мать и бабушка. Не хватает только Вадима.
Аркадия открывает бутылку шампанского. Все подносят бокалы. Аркадия разливает шампанское. Чокаются: Чин-чин. С днем рождения!
Аркадия начинает петь, все подхватывают: Happy birthday to you! Happy birthday to you! Happy birthday, dear Nina! Happy birthday to you!
У Нины на глаза наворачиваются слезы.
Ольга: Ниночка, я хочу сообщить тебе радостную новость. Мы решили, что ты будешь жить у бабушки.
Бабушка частит: Деточка, это будет прекрасно. Мы чудесно поладим.
Нина: А как же космограмма?
Ольга, смеясь: Даешь совместимость назло всем астропрогнозам! Это наш с бабушкой совместный подарок тебе. И зимние сапоги. В твоей комнате. В большой коробке. От Gucci. Посмотри.
Нина: Спасибо, я потом.
Аркадия: За что ссылка в Сибирь? Пусть живет дома!
Бабушка: Она и так будет жить дома. Разве у родной бабушки – это не дома?
В гостиную входит  Вадим с разбитой губой. Внимание всех тут же переключается на него.
Ольга всплеснула руками: Господи, что случилось?
Вадим зло: Упал. Ударился.
Аркадия: Ой, папка!
Ольга, вскакивая: Сейчас-сейчас, я сделаю тебе холодный компресс. Каша! Лед! Аркадия бежит на кухню.
Бабушка: Может, скорую?
Ольга: Тихо, мама. Мы как-нибудь сами. Укладывает Вадима на диван. Берет из рук Аркадии лед, заворачивает его в столовое полотенце, прикладывает компресс к разбитой губе: Вадим, держи компресс рукой. Ну же, помогай мне…
Бабушка в растерянности ходит по комнате, как сомнамбула. И только Нина, прихватив со стола бутылку шампанского, спокойно идет в свою комнату…
В прихожей она прихватывает трубку телефонного аппарата. Входит в комнату, садиться на пол, прислонившись к спинке кровати.

Сцена 77.

Нина сидит на полу в своей комнате. Пьет шампанское из горла бутылки. Набирает номера телефонов, говорит…
Нина: Алло. Девушка, позовите, пжалуста, Вову к телефону.

Нина: Я? Я его… невеста.

Нина: Жена? Значит я – бывшая невеста. Короткие гудки. Ну, и дура.
Нина делает мощный глоток из бутылки, снова набирает чей-то номер телефона: Кукушка-кукушка, сколько мне лет осталось? Прокукуйте, пжалуста. Короткие гудки. Не, ну, совсем кукушки забурели.
Нина набирает номер: Вадим, береги мать. Ты слышишь меня? Береги ее. И за что она только тебя любит? Зачем живет с тобой? Молчание на другом конце провода. Кашу береги… Кладет трубку.
Нина снова набирает номер: Справочная? Дайте мне номер телефона Господа. Мне очень надо с Боженькой поговрить… Короткие гудки. Пауза. Нина в растерянности сидит на полу, по лицу текут слезы, глаза опухшие…
Вдруг Нина поднимает глаза, перед ней сидит ангел. Крылья у него наполовину белые.
Нина: Ты? Вытирает слезы.
Ангел молча кивает.
Нина: как хорошо, что ты пришел!
Ангел, грустно улыбаясь, гладит ее по волосам.
Нина: Ну, не молчи же ты! Не молчи, просто ответь: почему так рано, почему?
Ангел: Я не могу…
Нина: Что не можешь?
Ангел: Не могу ответить…
Нина: А кто? Бог? Он может?
Ангел: Может… Эхом отзывается ангел, растворяясь в темноте…
Зареванная Нина засыпает на полу.

Сцена 78.

Утро. Пашка, насвистывая, делает уборку в своей мастерской. Развешивает Нинины фотографии по стенам.

Сцена 79.

Утро. Врачебный кабинет в Центре профилактики СПИДа.
В кабинет заходит Самойлов, зло срывает со стены плакат «Я заразился и через восемь месяцев умер»: Это мое последнее хорошее дело в этом Центре. Рвет плакат на мелкие кусочки, выбрасывает в мусорное ведро. С нового года я здесь не работаю. Главный подписал все бумаги.
Анжелика: С нового года, значит, со следующей недели?
Самойлов: Ага.
Анжелика: Все-таки, Самойлов, жалко тебе от нас уходить.
Самойлов: А я не гордый. Могу признаться – жалко.
Анжелика: А у нее отрицательный.
Самойлов: У кого?
Анжелика: У Вич.
Самойлов: Как отрицательный?
Анжелика: Так.
Самойлов: Не может быть. Покажи.
Анжелика: Может. Дает Олегу бланк с результатами анализов. Повезло дуре!
Самойлов: Надо ее к иммунологу отправить и в инфекционку положить. Все-таки что-то с иммунной системой не в порядке… какие-то сбои… раз уж два положительных…
Анжелика: А лимфоузлы?
Самойлов: Да, кстати, и на УЗИ лимфоузлов отправить. Напиши направление. Может у нее всего-навсего аневризма правой плечевой вены.
Анжелика: Но все-таки не ВИЧ.
Самойлов: Теперь она может на радостях украсть что-нибудь в магазине и закрепить победу.
Анжелика: Как ты?
Самойлов: Ага. Когда я узнал, что отрицательный, украл в магазине женскую туфлю сорок первого размера.

Сцена 80.
На фоне разговора возникает воспоминание Самойлова.
Он роется вместе с какими-то тетками в коробках женских туфлей на распродаже. Он тихонько засовывает одну туфлю себе в портфель…
Анжелика: Вполне подходящее занятие для голубца. А когда нашел работу продавца мобильных телефонов?
Самойлов: Только йогурт.
Анжелика: Фу-у-у.
Самойлов: Не такая уж и победа — эта работа. Так, случайный этап.

Сцена 81.

Действие снова происходит в кабинете.
Анжелика: А вот я ничего чужого никогда не брала.
Самойлов: Да, ну? А ты как в первый раз, по любви или за деньги?
Анжелика смеется: Можно сказать, что по любви. Разве три рубля — енто деньги? Хохочут оба.
Анжелика в каком-то порыве обнимает доктора и нежно прижимается к нему: Я все-таки очень не хочу тебя отпускать.
Самойлов: Ну-ну, Анжи, не время. Сейчас надо думать про праздник. Большая компания, Новый год, веселый тусняк…
Анжелика: И ты со своим бой-френдом… Неужели я не подхожу мужчине своей мечты, потому что он – гей? А, может быть, он просто не хочет меня обижать?
Самойлов: Анжелика, это все феромоны. Я уйду, и тебе станет гораздо легче дышать.
Анжелика: Я не хочу дышать легко! Хочу долго и страстно! С тобой…
Самойлов: Как все сложно у людей. То ли дело саламандры. Самец потрется о затылок самки, она в ответ выставляет ему яйцеклад.
Анжелика: Знаю. Он уносит его, онанирует и закапывает в песок.
Самойлов: А потом целый месяц ходит мочиться на яйцеклад, выражая свое отношение к продолжению рода. Хочу быть саламандрой!
Анжелика: Я всегда знала, что с этой обувью что-то не так!
Оба хохочут.
Самойлов: Кстати, когда к нам приходит эта Вич?
Анжелика, заглядывая в журнал: Уже после Нового года. Третьего.
Самойлов: Значит, я не успею сделать еще одно хорошее дело.
Анжелика: Сообщишь результат?
Самойлов: Да. И это ужасно, что она не узнает его перед самым Новым годом.
Анжелика: Нормально. Пусть посидит под елкой и подумает о смысле жизни.
Самойлов: Знаешь…
Анжелика: Что?
Самойлов: Позвони ей. Попроси, пусть зайдет. Глядя на часы. У нас еще два часа до конца смены.
Анжелика: С ума сошел! Не буду я пациентам звонить. Что за блажь! Не положено!
Самойлов: Я так хочу! Ради меня, Анжи…
Анжелика: Как скажете, доктор. Роется в журнале. Набирает номер. Победоносно. Не отвечает.
Самойлов: Длинные гудки?
Анжелика: Ага.
Самойлов: Тогда… Тогда давай заедем к ней после работы на пару минут.
Анжелика: Зачем?
Самойлов: Пригласим отмечать с нами Новый год.
Анжелика: Офонарел?
Самойлов: Мне почему-то кажется, что ей сегодня совершенно не с кем встречать праздник.
Анжелика: А как же правило, что судьбы пациентов нельзя принимать близко к сердцу?
Самойлов: А я больше не доктор. Я теперь менеджер по продажам мобильных телефонов, и мне все можно. К тому же хочу чуда на Новый год.
Анжелика: Значит?..
Самойлов: Поедем к Вич.

Сцена 82.

А в это время Нина сидит на полу гостиной в квартире своих родителей. Звонит телефон. Заливается соловьиной трелью. Нина смотрит на аппарат, но не подходит к нему: Меня нет, больше нет. Хватит звонить! Нервно выдергивает телефонный провод из розетки.
Она растрепанная, с опухшим от слез лицом начинает кружиться по комнате. В руках бутылка водки. Разговаривает сама с собой, периодически присасываясь к горлышку бутылки.
Нина: А я не пойду! Зачем? Все и так понятно. Виновата, виновата, виновата. Я убила ребенка, потом нашу с Пашкой любовь, потом хомячка, теперь СПИД убьет меня… Господи, я чувствую его прямо под сердцем, как тогда ребенка, полтора года назад… ВИЧ, ВИЧ, ВИЧ… стучит… Делает мощный глоток из бутылки.
Ну, прости же меня, Господи! Будь милосердным! Прислушивается, как будто слышит ответ Бога. Странно… когда ты разговариваешь с Богом — это называется МОЛИТВА, а когда Бог с тобой – ШИЗОФРЕНИЯ…
Жизнь нужно прожить так, чтобы Бог в восторге предложил еще одну. Боже, ты ведь меня не оставишь?
Нет, я не пойду за этим чертовым результатом. И так все понятно. Ненавижу это слово – положительный. Не-на-ви-жу.
Нина: Напрасная надежда. У моего ангела черные крылья… Может быть, мне полететь? Начинает кружиться по комнате. Вылететь из этого окна на восьмом этаже. Походит к окну, распахивает раму. За окном кружиться снег. Он залетает в комнату, большими белыми мухами садиться на плечи и волосы Нины.
Нина стоит на подоконнике. К ней бросается Аркадия, тянет ее вниз со слезами: Ну, куда ты, дура?
Аркадия захлебывается слезами: Истеричка, проклятая! Что ты делаешь??? Сестры борются… Уставшие, запыхавшиеся садятся на пол, тяжело дышат, обнимаются. Аркадия смотрит долгим взглядом на Нину.
Аркадия: Что ты себе позволяешь? Дура… Не хочешь к бабушке – не поедешь. Из-за такой ерунды…
Нина обнимает ее: Ну, что ты – моя девочка. Я пошутила. Я очень хочу жить. Очень… (вздыхает)
Сестры сидят на полу, обнявшись, покачиваются из стороны в сторону, слезы текут по их лицам.
Нина встает первой: Можно, я немножко посплю?
Аркадия: Конечно, спи.
Нина: Укрой меня, как в детстве, и спой нашу любимую колыбельную.
Аркадия: Ложись.
Нина ложится на диван. Звонит мобильный. Аркадия поднимает трубку, радостно говорит: Вау! Привет! Как я…Аркадия выходит из гостиной, идет в свою комнату, весело болтает.

Сцена 83.

Вадим, Ольга, бабушка вынимают из машины продукты, пакетики, подарочки… Идут от стоянки  к подъезду.

Сцена 84.

Самойлов и Анжелика находят дом Нины, заходят в подъезд.

Сцена 85.

Поднимается лифт. В лифте – Пашка. У него шикарный букет белых роз, а из кармана он вынимает маленькую коробочку, похоже, что с кольцом.

Сцена 86.

Квартира Нины. Звонок в дверь. Нина идет открывать. На пороге насильник. Он выхватывает нож, резко бьет Нину им в живот и убегает.  Нина в странном оцепенении смотрит на живот, закрывает дверь, прижимает ладони к животу, пытается позвать сестру, но из нее вырывается только неясный гортанный хрип… Все плывет у Нины перед глазами…

Сцена 87.

Аркадия тем временем весело болтает по мобильнику в своей комнате, сидя на письменном столе и покачивая ногой в такт разговора.

Сцена 88.

Прижимая руки к животу Нина идет в гостиную. Между пальцев начинает сочиться кровь. В голове у Нины звучат слова:
Всему свое время, и время всякой вещи под небом: время рождаться и время умирать; время убивать, и время врачевать; время плакать, и время смеяться; время разбрасывать, и время собирать камни; время обнимать, и время уклоняться от объятий; время искать, и время терять; время сберегать, и время бросать; время молчать, и время говорить; время любить, и время ненавидеть…
Нина, прижимая одну ладонь к животу, забирается на диван под плед в гостиной, берет в другую  руку телефонную трубку, пытается вызвать скорую, но теряет сознание… Трубка падает на пол, из нее доносится один длинный гудок.
Нина проваливается в прекрасный сон…
На подоконнике  в тёмном проёме окна сидит ангел. За спиной ангела падают огромные хлопья снега, попадая на крылья.
Нина: Ты за мной?
Ангел: Ты же так хотела.
Нина: Хотела…
Ангел: Правильно. Что тут хорошего? Смотри…
Нина поднимается с дивана и видит, что она осталась лежать. Нина легко подпрыгивает и… взлетает.
Дальше все сцены она видит как бы из-под потолка.

Сцена 89.

В гостиную  входит Аркадия, подходит к сестре, поправляет на ней плед, не замечая окровавленной руки, только что державшей трубку телефона, садится рядом и чистым голосом поет:
Баю-бай, усни, малышка,
Отложи скорее книжку.
За окошком ночь, одна
В небе пасмурном луна…

Сцена 90.

Раскрасневшиеся с мороза, в квартиру входят улыбающийся Пашка с огромным букетом цветов, смеющаяся  бабушка, счастливая  Ольга и Вадим с подбитым глазом. У Ольги в руках большущий  торт и пакеты с едой. У бабушки – пятилитровая бутылка шампанского. У Вадима – куча пакетов с едой и шампанское… Все неестественно яркое, красивое, большое, излучающее радость и сияние.
Ольга весело, опуская торт и пакеты с едой на стол: Что за сонное царство? Где праздничный стол? Скоро куранты будут бить!
Аркадия: Тихо… Она спит.
Пашка ставит цветы в вазу, стоящую на столе без воды: Так щаз разбудим! Это же ВСЕ для Нины!
Аркадия: Погоди, сама проснется…
Вадим весело: Эх-ма, девочки мои любимые! Пора шампанское откупоривать, а не спать!
Бабушка: До Нового года еще есть пару часиков… Куда спешить?
Вадим: Все есть куда поспешить! Каша, мигом — бокалы!
Ольга и Каша приносят огромные бокалы. Вадим и Пашка откупоривают шампанское. Камера переодически останавливается на бледном лице Нины, на темном расползающимся пятне крови на пледе…
Все чокаются: Чин-чин. С Новым годом! С Новым счастьем!
Аркадия: А не рано еще?
Ольга: Счастье-то? Никогда не рано!
Все смеются, снова наполняют бокалы…
Камера начинает кружиться в бешенном темпе, превращая гостиную в смеющуюся радугу…

Сцена 91.
В гостиную входят Самойлов и Анжелика. Здесь полным ходом идет приготовления к празднику, стол практически накрыт.
Самойлов: А почему двери открыты?
Ольга: Вы кто?
Самойлов: А где Нина?
Вадим: Вы собственно кто?
Анжелика: Мы?…  Друзья.
Ольга: Она спит…
Анжелика: Как спит?
Самойлов, расталкивая всех, наконец-то увидел Нину, лежащую на диване: Пропустите… Она не спит. Она… Я вра-а-а-ач!!!
Самойлов сбрасывает плед. Одежда Нины и диван под ней пропитались кровью…
Ольга хватается за сердце. Бабушка оседает в кресло. Аркадия замерла.

Сцена 92.

Все персонажи будто замирают.
Нина подходит к ангелу, который сидит на подоконнике.
Нина: Почему твои крылья стали почти белые?
Ангел: Из-за тебя.
Нина: ???
Ангел: Потому что ты изменилась.
Нина: Я та же.
Ангел: Нет. Ты научилась  прощать, любить, не ожидая ничего взамен. Ты стала чище, а мои крылья белее.
Нина: А у других людей тоже есть ангелы?
Ангел: Конечно. У каждого свой. Смотри!
Нина подходит к окну. По улице идут люди, обычные прохожие, но возле каждого из них идёт ангел.  Никто, кроме Нины не видит этих ангелов. Она удивлена и восхищена. Нина видит, как люди входят в церковь, у ангелов, входящих с ними, крылья разной степени черноты. У тех же, кто выходит, ангелы имеют  крылья  почти белые.
Нина: Они были на исповеди?
Ангел: Нет, на ежедневной службе. После исповеди ангелы летят…
Нина оглядывается. Домашние стоят, замерев в тех же позах, вокруг лежащей на диване Нины. У каждого на лице неподдельное переживание за неё.
Нина:  Зачем всё это?
Ангел: Что всё?
Нина: Жизнь, смерть…
Ангел: Для тебя…
Нина: Но я  хотела быть здоровой, любить, иметь крепкую семью, родить ребёнка… А что было на самом деле?
Ангел:  Не знаю. Все желания исполняются. И твои тоже.
Нина  :   Но я  хочу жить! Я хочу быть здоровой, счастливой, я хочу к ним!
Ангел: Господь наделил Человека правом выбора. Выбирай, Нина.
Нина: Но я уже выбрала…
Ангел взмахнул крыльями, они стали совсем  белыми и… растворился в темноте ночи.
Нина открывает глаза.

ТИТРЫ

Звучит финальная песня:

Не бойтесь безысходных ситуаций.
Страшнее смерти будет только жизнь.
Среди ее безумных аппликаций
Старайся не сойти с ума – держись!

Всегда найдется аварийный выход
Среди любых житейских непогод.
И только в суете событий, лихо
Не поспеши последний сделать ход.

Конец

8 марта 2005 – 28 июля 2005 года
г.Минск

Диана Владимировна Балыко

Республика Беларусь
220012  г.Минск
ул. Сурганова, 30-17
т. +375172857463, +375294025691
e-mail: gentledi@mail.ru, gentledi@tut.by